С начала все удмурты жили вместе. Молодой от старика учился и богу молиться, и суд судить. И был тогда народ такой, что о чем ни спроси его, на все ответить мог. А когда удмуртов стало много, то разошлись они по разным местам. И сходились вместе только молиться или судиться. А потом разошлись так далеко, что не могли уже собираться, и старик со стариком, сходясь, не могли припомнить все как следует.
Вот однажды на общей сходке порешили: чтобы не забыть все — записать порядок молений и судов. Надрали бересты, обрезали ее и сшили в книгу, а потом в этой книге тамгами изобразили, как молитвы творить, как порядок править. Оставили книгу под присмотром жреца на большом белом камне в том месте, куда собирались на общую молитву и которое, как казалось, было в центре поселений. Если какой старик забывал молитву или порядок суда, он шел к белому камню, прочитывал в книге и опять знал.
Но люди, после того как написали книгу, стали реже приносить жертв инмару, потому что прежде старики чаще собирали народ на молитвы из опасения, что он позабудет их, а теперь они этого уже не боялись. Тогда инмар рассердился и на стариков, и на книгу и послал к белому камню большую корову, которая пришла туда в то время, когда стороживший книгу жрец спал, и съела книгу целиком. А чтобы удмурты снова не написали такой книги, инмар отнял у них знание всех тамг, кроме одной. С тех пор каждый удмурт стал знать только одну тамгу, которой помечал свою собственность, но что означает она, он не ведал.