Из-за распространившегося в советское время мифа о том, что все Савичевы умерли во время блокады, наследники до сих пор остаются заложниками красивой, но ложной исторической легенды.
Фото: 78.ru
80 лет назад — 13 мая 1942 года — в дневнике Тани Савичевой появилась последняя заметка. Фраза «Все умерли, осталась одна Таня» известна далеко за пределами нашей страны. Но настоящая история семьи Савичевых далека от той, что рисовали советские историки. Да, она полна трагедии и мужества, но 12-летняя Таня не осталась одна. И сегодня её родственники рассказали корреспонденту 78.ru об истинной истории своей семьи.
Материнская ласка. Её у Тани Савичевой забрала война 13 мая 1942-го. Спустя два года от костного туберкулёза и цинги умерла и сама девочка.
— История Тани Савичевой была символом горя, утраты, но и символом силы, поэтому её последние слова, что «осталась одна Таня», — это трагедия нашего города. Поэтому, конечно, советская власть не хотела раскрывать, что Таня осталась не одна, — говорит Анна Савичева.
Старшая сестра Нина оказалась в эвакуации. Именно она в 1945-м, вернувшись в родной дом, нашла записную книжку с Таниными заметками. После тяжёлого ранения смог оправиться и брат Михаил. Именно ему адресовано письмо из дома инвалидов, где боролась со страшными последствиями жизни в блокадном городе истощённая Таня.
— Дедушка Миша как только смог, начал искать Таню, писал в детские дома, больницы, и нашел её след, куда она была вывезена из блокадного Ленинграда, — отмечает женщина.
Правнучке Михаила Лизе с самого детства рассказывают не только о трагичных страницах в летописи её семьи. До войны было много хорошего. Так, Мария Игнатьевна — мама Тани — создала семейный ансамбль: мальчики играли на гитаре, девочки — пели. Любовь к музыке Савичевы пронесли через поколения.
Из-за распространившегося в советское время мифа о том, что все Савичевы умерли во время блокады, наследники до сих пор остаются заложниками красивой, но ложной исторической легенды.
— Когда я прихожу в школу, то объясняю, что моя прабабушка Таня Савичева. Они говорят: «это всё неправда — все погибли». Мне не верят, оскорбляют иногда, даже до слёз доводят, — сетует Елизавета Савичева, внучатая племянница Тани Савичевой.
Ещё один миф, который развенчивают наследники, связан с квартирой Савичевых. Её нынешние владельцы — семья Ураловых — неоднократно обращались в Музей истории Санкт-Петербурга, чтобы там поддержали их инициативу сделать квартиру на 2-й линии Васильевского острова мемориальной. Но получили отказ. В ответе сослались на якобы репрессированных ещё до войны отца и старшего брата Тани.
— Дело в том, что за стенкой квартиры была частная булочная, кинотеатр на 3-й Советской, и во времена Советского Союза они были репрессированы, — объясняет владелец квартиры Александр Уралов.
При этом сами Савичевы называют эту информацию недостоверной. Неизвестно и насколько справедлива версия историков о том, что дневник Тани Савичевой предъявляли на Нюрнбергском процессе, как одно из основных доказательств преступлений фашизма. Все материалы дела после его завершения передали в Гаагу. И если бы записная книжка Тани попала на трибунал, то, вероятно, её оригинал оставался бы в Европе, а не хранился в Музее истории Санкт-Петербурга в Петропавловской крепости.
Всего за время блокады историками собраны около 1 тыс. дневников жителей осаждённого города, из которых всего несколько десятков детские.
— Содержание их дневников напоминает по сути то, что отразила Таня Савичева. Ещё одним из авторов был Николай Васильев, которому было всего десять лет, — делится доктор исторических наук Никита Ломагин.
Мальчик писал хронику блокады на календарных листках. В Музее обороны и блокады Ленинграда сохранены все 14 заметок, сделанные с января по апрель 1942 года.
— 8 февраля «похоронили Лёшу», 17 марта — «22 человека умерло в нашем городе от голода» 27 марта «мамино здоровье всё хуже», 3 апреля «мама начинает хрипеть», и — «всё кончено, я остался один», — цитирует Ломагин странички дневника ребёнка.
Историки рассказывают: детские записи с рваными фразами, односложными предложениями — это неприкрытое за патетикой изложение хроник человеческой катастрофы. То, что слово «смерть» выведено неровным детским почерком, заставляет чувствовать боль ещё острее.
Видео: 78.ru