Ужасная буря. Ветер поднимает снег с земли и закручивает его в бешенном танце. Гигантские хлопья летят с неба, образовывая метровые сугробы. Обернувшись назад, я не увидел даже наших следом, все замело с огромной скоростью. Видимость ужасная, я не вижу ничего дальше своей руки. Снег больно режет лицо, маска уже не спасает от мороза. Ноги ели плетутся по глубокому снегу, проваливаясь в него по колено. Мороз уже проникает под одежду. Бедра больно колит от холода, отчего ног я уже совсем не чувствую. Еще чуть-чуть и думаю, что потеряю сознание.
Наш вертолёт упал здесь, в горах, около недели назад. Пилот не смог справиться с управлением и мы пошли на снижение. Чудом приземлились, но вертолет уже не смог взлететь вновь. На борту запасов очень мало, хватит нам всего на неделю или чуть больше. Сигнал о помощи подать мы никак не можем, нет связи. Мы надеемся на судьбу, люди должны помнить о нас. В вертолете осталась женщина с двумя детьми, я отдал им всю тёплую одежду, а сам пошел только в двух слоях. Этого очень мало, чтобы выжить в холодной пустыне. Сейчас я с одним из пассажиров вышел на экспедицию. Мы связали друг друга верёвкой, чтобы уж точно не потеряться, я иду впереди. Периодически мы останавливаемся на переговоры, где мы решаем как быть дальше. На горизонте показался холм, а за ним, в небо поднималась струйка дыма. Видимо за холмом есть люди, а в лучшем случаем поселение. Не думал, что когда-нибудь буду ещё так счастлив. Я обернулся, как и всегда, чтобы сказать своему напарнику о чудесной находке.
Его не было.
Я потянул верёвку, она легко поддалась и скоро я увидел отрезанный край каната. Он перерезал её ножом и сейчас я понятия не имею где он. Видимо его тело уже навсегда затерянно в этой ледяной пустыне. Ужасно, больно. Зачем я вообще сел в этот вертолёт.
У меня самого силы были уже на исходе. Я отвязал верёвку, бросив её на землю и направился к холму. Просто гигантское препятствие отделяло меня от возможного спасения. Я собрал все оставшиеся силы и принялся лезть вверх. Я бессмысленно двигал конечностями, пытаясь ухватиться рукой за рыхлый снег. Опоры не было совсем. Я полз и полз, ничего не менялось, я будто не двигался совсем. Руки были в снегу по локоть и я уже не мог двигать ими. Это бесполезно.
Я встал из сугроба. Веки вдруг стали тяжёлыми, и я захотел спать. В ушах зазвенело, и ничего не было слышно. Я боролся со сном, как мог.
Кажется, буря стихла. Я посмотрел в небо, оно было таким же серым, но его не заслонял этот град снега. Все успокоилось. Я почувствовал тепло внутри, будто сижу дома около своего камина с женой. Она будет так рада, когда увидит меня целым и невредимым Я так хочу домой. Кажеться, я стою на коленях и смотрю в небо, по щекам текут слезы. Так еще больнее, холод сразу стягивает кожу на лице. Невыносимо. Падение. Вот я уже в снегу, он такой тёплый и мягкий, напоминает диван в моем офисе. Я часто там отсыпаться и можно сказать прогуливал работу. Забавное время было. Я совсем не чувствую холода, видимо я уже дома. Глаза закрываться и я проваливаюсь в вечный сон. Я в последний раз вспоминаю о жене, лёгкая улыбка касается моих губ и застывает так навсегда.