Государственные границы сократятся до региональных и потеряют свое значение. (Р. Куденхове-Калерги)
Чтобы построить Европу, необходимо расколоть нации. (Ж.-Ж. Серван-Шрейбер)
"Европейскую интеграцию" можно назвать геополитической революцией. Её целью является демонтаж национально-государственных образований как таковых и устранение политических границ для обеспечения свободного перемещения транснационального капитала и закрепления контроля с его стороны за ключевыми зонами континента.
Как писал французский исследователь Р. Эрноудт, государство-нация предстает сегодня как "единственный бунтовщик" против механизма глобализации, поэтому его необходимо "лишить его сущности и разрушить, сделать так, чтобы экономика доминировала над политикой, а не наоборот" [Nassaux J.-P. L’ethnisme, le projet d’autonomie sociale et individuelle et la mondialisation // Pyramides. Revue du Laboratoire de Recherches en Administration publique. ULB. Numero 9. Printemps 2005, p. 8.].
С 1990-х гг. крайне популярными стали концепции "растворения", "размывания" или "эрозии" национального суверенитета. Само государство подвергается критике за его якобы неспособность обеспечить эффективность управления.
Действуя в соответствии с логикой дробления и фрагментации геополитического пространства, глобалисты делают ставку на всё местное, локальное, которое становится его опорой. Как пишет французский исследователь Л.-Ж. Кальвэ, "пыль слабых государств никоим образом не беспокоит мировой рынок, она скорее ему благоприятствует (движение капиталов, налоговый рай и т. д.).
Глобализация поощряет микронационализмы, племенное деление и лингвистический национализм" ("родноверам" на заметку). Поэтому "бунтующие" регионы и сообщества, "пробуждающиеся" этнические и другие меньшинства становятся её объективными союзниками и опорой. Неслучайно в исследованиях утвердился новый термин "глокализация".
Речь в данном случае идёт о регионах, о различного рода меньшинствах, местных органах власти, мелком бизнесе и пр. С помощью соответствующих инновационных методик, включающих финансовую привязку и психологическую обработку, наднациональные структуры направляют всю энергию локальных элит и региональных движений в антигосударственное русло. Таким образом, интеграционные процессы на верхнем этаже сопровождаются интенсивной дифференциацией на нижнем уровне.
"Расчистка поля" для утверждения глобального рынка в Европе осуществляется руками немецких политиков. Германии принадлежит главная роль в перестройке европейского пространства.
В реализации этой стратегии "германизации" можно совершенно четко выделить три направления:
1) децентрализация государственной власти с целью передачи регионам максимальных полномочий и закрепления их прямых отношений с институтами ЕС;
2) создание трансграничных регионов и других форм межрегионального сотрудничества для размывания границ и обеспечения горизонтального "срастания" регионов;
3) защита прав этнических и национальных меньшинств с целью достижения их автономии и создания самостоятельных этнических регионов (проект "Европы племён").
Децентрализация или регионализация национальных государств, которую сейчас многие исследователи называют "тихой революцией", родилась из "региональной политики" ЕС, которую стали проводить с начала 1970-х гг. Тогда было принято решение о создании Европейского фонда регионального развития (ЕФРР).
Поскольку в условиях конкуренции главной задачей для регионов становится привлечение транснационального капитала, складывался союз между транснациональной европейской бизнес-элитой, европейской бюрократией и местной элитой наиболее развитых регионов, которой поручалась миссия "подтачивания" национального суверенитета с целью максимального ослабления позиций центральных властей, стоявших на пути неолиберального варианта интеграции. А в это время СМИ представляли результаты этой деятельности как "естественный процесс кризиса" государства-нации или естественную диффузию, т. е. "перетекание" власти к регионам.
Идея регионализации исходила от немецких политиков и впервые была изложена в 1981 г. на Конференции местных и региональных властей СЕ (КМРВ) в докладе представителя Германии А. Галетт "Региональные институты в Европе" [Hillard P. L’Allemagne et l’Europe des ethnies. 24 octobre 2002]. Главную роль в продвижении этой программы стали играть две организации 1985 года - Совет коммун и регионов Европы (СКРЕ) и Ассамблея европейских регионов (АЕР).
Именно СКРЕ подготовил принятую в 1985 г. Советом Европы "Европейскую хартию местного самоуправления".
СКРЕ является сегодня самой представительной организацией, объединяющей более 100 тыс. территориальных образований, входящих в 50 крупных национальных ассоциаций местных и региональных властей 40 стран Европы и примкнувшего к ним Израиля. С 1997 г. её возглавляла Валери Жискар д’Эстен. В условиях кризиса Совет активизировал свою деятельность, заявив, что необходима новая модель управления Европы, и в своей рабочей программе на 2012 г.
Что касается Ассамблеи европейских регионов (АЕР), то хотя она и возникла по инициативе французов, испанцев и португальцев, но очень быстро руководство ею перешло к правительственной группе земли Баден-Вюртемберг, которая и превратила её в выразителя политических интересов Германии. В АЕР входят 250 регионов из 35 стран, причём не только европейских, но и из Турции, Азербайджана, Армении, а также России (5 регионов - Самарская область, Татарстан, Ингушетия, Мордовия, Карелия). В 2002 г. АЕР составила карту регионов Европы, отображающую её видение будущего Европы.
В 1986 г. Европарламент принимает "Хартию Сообщества по проблемам регионализации", а в 1991 г. - "Хартию регионов Сообщества", призвавшей страны с централизованной структурой управления к осуществлению децентрализации. Непосредственно же решить вопрос об участии регионов в работе Сообщества позволил уже Маастрихтский договор 1992 г., в соответствии с которым была институционализирована роль территориальных образований внутри ЕС: в 1994 г. был создан Комитет регионов, обладающий правом политической инициативы.
Касаемо практического воплощения регионализации, то одновременно с войной в Югославии, в ЕС происходила обкатка модели "мирной", "цивилизованной" федерализации. Экспериментальным полем для этого стала Бельгия, которая в 1993 г. превратилась в федеративное государство.
В Бельгии сосредоточены главные институты ЕС, которые всё больше оттесняют федеральную бельгийскую власть.
Идентичные процессы федерализации происходят в большинстве европейских государств. Формы регионального самоуправления везде различны, но общая тенденция одна: как только начинается процесс передачи полномочий регионам, требования последних становятся всё более настойчивыми и широкими.
В Испании, где мотором регионализации выступают Каталония и Страна Басков, сегодня уже сложились структуры "асимметричного федерализма". Самым громким событием здесь стало утверждение Конституционной комиссией Конгресса Испании нового статуса Каталонии в 2006 г., которое оппозиция оценивает как "тихую" революционную перестройку политической системы, ставящую под угрозу целостность страны.
В 1996–2000 гг. были проведены конституционные реформы в Великобритании, значительно расширившие автономию исторических провинций - Шотландии, Уэльса и Северной Ирландии. Эти регионы получили право иметь собственные парламенты и исполнительную власть.
Италия, в которой с 1990-х гг. осуществляется перераспределение властных функций между центром и регионами, сегодня также приближается к федеративному устройству.
Децентрализация дошла и до Франции. В 2003 г. французский парламент одобрил поправку к Конституции, закрепляющую "децентрализованную организацию" Республики, и принял новый закон о децентрализации, предоставивший многочисленные полномочия местным органам самоуправления.
В настоящее время в половине государств Евросоюза региональные власти обладают законодательными полномочиями различной степени и работают как "партнёры" ЕС.
Регионы оказались поставлены в неравные условия, что не могло не привести к расхождению региональных интересов и к соперничеству. Таким образом, хотя децентрализация оправдывалась тем, что это наиболее эффективный способ выравнивания уровней развития, в действительности в этом были заинтересованы только наиболее развитые и благополучные регионы, желавшие обеспечить себе финансовую самостоятельность и снять с себя "бремя" ответственности за менее развитые соседние области. На них и сделала ставку в своей политике Комиссия ЕС, что привело к становлению союза между транснациональными элитами, европейской бюрократией и местными элитами наиболее развитых регионов, которым была поручена ответственная миссия "подтачивания" национального суверенитета. А для широкой публики результаты этой хорошо координируемой деятельности подаются как "естественный процесс кризиса" государства-нации.
Второе направление германской стратегии преследует цель постепенного упразднения государственных границ через межрегиональное сотрудничество, главную роль в котором играют трансграничные регионы (еврорегионы), связывающие приграничные территории разных стран. Главной организацией, взявшей на себя разработку данной политики, стала созданная в Германии еще в 1971 г. Ассоциация европейских приграничных регионов (АЕПР). Штаб-квартира его находится в Гронау, возглавляют его немецкие политики (нынешним президентом его является бельгийский политик Карл-Гейнц Ламберц из германоговорящего сообщества Бельгии) [Charte europeenne des regions frontalieres et transfrontalieres. Nouvelle version. Gronau, Editions ARFE, 7 octobre 04. P.8].
По мере углубления сотрудничества и осуществления различного рода региональных "рамочных" операций и целенаправленных проектов планируется создание соответствующей параллельной сетевой структуры с такой юридической, административной и налоговой унификацией, которая приведёт вообще к стиранию проблем правового порядка, при которой еврорегион может приобрести собственную административную и налоговую системы. И децентрализация власти создаёт для этого крайне благоприятные условия.
В настоящее время АЕПР объединяет более 160 регионов, ими охвачены почти все приграничные территории Европы, занимающие более 40 % её площади, на которой проживает около 32 % населения [Hillard P. La regionalisation et l’amenagement du territoire en Europe]. Благодаря созданию еврорегионов ФРГ фактически получила возможность распространять своё влияние на те территории, на которые она претендовала или которыми владела в довоенное время. В данный процесс втянута и Россия, в которой на средства Евросоюза в рамках программы ЕС "Добрососедство" реализуется 6 проектов в Северо-Западном регионе в Калининградской, Ленинградской, Архангельской и Мурманской областях, а также в Санкт-Петербурге и Республике Карелия.
Подобные программы позволяют городским и региональным властям совместно с европейскими институтами планировать международные контакты, полностью обходя национальные структуры и превращая интеграцию действительно во внегосударственный процесс, а "Европу регионов" - в "Европу измерений".
Наконец, третье направление немецкой стратегии ставит целью дробление европейской территории на множество этнолингвистических образований, подчинённых одному общему центру. Речь идёт о создании Европы этнорегионов, значительная часть которых находится на приграничных территориях. В её реализации главную роль играет ещё одна "подставная фирма" Германии - Федералистский союз европейских этнических меньшинств (ФСЭМ).
Надо подчеркнуть, что ФСЭМ крайне осторожен и всегда подчёркивает, что выступает активно против сепаратизма и любого насильственного нарушения границ, не допуская в свои ряды такие организации, которые могли бы его скомпрометировать. Однако своей целью он ставит достижение полной эмансипации этнических групп в рамках политики расширения самостоятельности еврорегионов. В современных условиях, когда с переходом к глобальному управлению идея национально-государственного суверенитета подвергается последовательной компрометации, а вместе с ней сводится на нет и политическая идея нации, идея этноса предстаёт в качестве её замены, принимая форму принципа отстаивания прав меньшинств.
Соответствующие документы, призванные ввести принцип широкой защиты прав меньшинств в общеевропейскую политику, были разработаны в недрах ФСЭМ ещё в 1960-е гг., но к реализации в жизнь этих программ приступили в начале 1980-х гг., одновременно с воплощением проекта регионализации.
Членами Союза являются организации немцев Венгрии, Богемии, Грузии, Казахстана, Узбекистана, венгров Словакии и Румынии, хорватов Воеводины и Словакии, поляков Чехии, чехов Словакии, французских бретонцев, фризов Нидерландов, эльзасцев и лотарингцев Франции, македонцев Греции, финнов Швеции, ингушей и кабардинцев России, крымских татар, венгров Украины, косовских албанцев и др. Входят в него и отдельные регионы - автономная провинция Бозен, автономный регион Трентино - Южный Тироль, земля Шлезвиг-Гольштиния, германоговорящее сообщество Бельгии и земля Каринтия.
Задача союза - унифицировать и интернационализировать требования совершенно разных по положению этнических сообществ. Последние должны отстаивать идентичные положения, при этом всячески подчёркивая своё право на инаковость и различия. При этом совершенно игнорируется тот факт, что некоторые меньшинства совершенно не готовы ни к какой форме автономии, а это раскрывает заказной характер этой деятельности.
Более радикальные требования осуществляет другая тесно сотрудничающая с Союзом организация - политическая группа депутатов Европарламента "Зелёные - Европейский свободный альянс" ("Зелёные - ЕСА"). В неё входят партии, отстаивающие специфику представленных ими в рамках ЕС этнических групп и открыто выступающие за достижение политической автономии. К ним относятся, например, Националистический блок Галего (Галисия), Республиканская партия Каталонии, Эуско Алькартасунаи (Страна Басков), Фризская национальная партия (Нидерланды), Савойская лига (Франция), Окситанская партия (Франция), Союз эльзасского народа (Франция), Бретонский демократический союз (Франция), Партия за корсиканскую нацию, Партия германоговорящих Бельгии, Сардинская партия, Лига "Фронт Венето", Партия за Корнуолл, Уэльская партия - "Плайд Кимру", Шотландская национальная партия, Союз за Южный Тироль, Словенское объединение (итальянская область Фриули - Венеция - Джулия), Спирит (из Фландрии) и др.
Совместно с Бозенской академией и Институтом Сороса Европейская комиссия создала ещё одну структуру - "Платформу за обогащение культурного и этнического разнообразия Европы". На её деятельности сильно сказывается англо-американское влияние, осуществляемое через Международную группу за права меньшинств со штаб-квартирой в Лондоне и американского "Проекта по этническим отношениям" со штаб-квартирой в Принстоне. За спиной последнего стоят Госдепартамент США и известные глобалистские организации - Фонд Карнеги, Фонд братьев Рокфеллеров, Фонд Форда, Фонд Маршалла и др.
В Швейцарии также действует Локарнский институт, привлекающий исследователей, преподавателей, руководителей предприятий, специалистов по маркетингу и экспертов по европейской безопасности к работе над стратегическими проектами. Фламандским эквивалентом Локарнского института является аналитическая группа "In de Warande" [Manifeste pour une flandre independante dans l’Europe unie. Groupe de reflexion "In de Warande". Mars 2006.].
Для информирования европейской общественности о том, что происходит в сфере защиты прав этносов, в 1999 г. был создан специальный сайт евроменьшинств.
Таким образом, движение за автономию меньшинств имеет мощную поддержку, и процесс дробления европейских государств на этнорегионы - хорошо управляемый и координируемый. Главная ставка делается на создание нового, надгосударственного сетевого типа сотрудничества, удобного для экспансии транснационального капитала, который получает возможность цивилизованно и тихо проникать в важные экономические сферы развития государств, делая их всё более зависимыми.
Если вам понравилась статья, не забывайте ставить лайки и подписываться на нашу группу Вконтакте.
#масонство #сионизм #история #наука #европейскийсоюз #cша