-А кто это?- мы с Аней сидели на подоконнике и разглядывали женщину, стоящую во дворе санатория. Она приходила через день и к ней с разных корпусов бежали дети. Женщина обнимала каждого, садилась на лавку и доставала из хозяйственной сумки кульки. Поскольку детей было человек семь или восемь и все они хватали женщину за руки и пытались допрыгнуть до ее лица, чтобы получить поцелуй, из сумки всегда что-то вываливалось. Она не ругалась, шустро поднимала свёртки, отряхивала или ладонью или стуча об колено и протягивала детям.
-Наверное воспитатель, - Анька спрыгнула с окна, достала из тумбочки яблоко, вытерла об живот и с хрустом откусила, - Хочешь?
Я отрицательно помотала головой. Если бы не Анька, даже не знаю как бы я перенесла весь этот отпуск в санатории. В этот раз у нас с мамой были разные путёвки. Моя в «Салют» города Железноводск, а у мамы какой-то дом отдыха в Пятигорске. Поэтому она не навещала меня уже неделю. Аньку тоже бросили на весь период отдыха. На прощание ее бабушка забила тумбочку яблоками. Сказала, что не успела сварить компот и приказала нам есть быстрее, чтобы яблоки не сгнили. И мы ели. Каждый день. Нас мутило и во рту всё время было кисло как от лимонов. В пищеводе выстроилась яблочная башня и казалось, что верхушка этого сооружения вот-вот вывалится на пол. Хотелось сладкого и ещё кулёк от той женщины, что бы в нем ни было. Вспомнился какой-то фильм, в котором тоже была такая героиня - бывший воспитатель или директор детского дома. Когда она приходила на старую работу, к ней так же сбегались дети и она тоже всех угощала. А может не угощала….может я что-то путаю…чего только не вспомниться на этой каторге.
-Давай пойдём с ней обниматься,- Анька снова откусила яблоко и поморщилась,- чета яблоки надоели эти….
-Думаешь так можно? Она же нас не знает…
-А этих, думаешь, знает?- Анька махнула головой в сторону детей,- Дети как дети, да для воспитателей мы все на одно лицо. Ну подумает, что подзабыла нас…но всё равно угостит. В крайнем случае скажем, что мы новенькие, но нам про нее рассказывали.
Через день мы снова устроились на подоконнике и принялись ждать кормилицу.
-Как только она появится, надо пропустить вперёд трех человек, чтобы не шокировать, а потом уже можно налетать, - Аня подпёрла подоконник и теперь походила на кошку перед прыжком.
Уже через несколько минут мы поняли, что не шокировать у нас не получится. Дети с кульками белокурые, голубоглазые, и похожи друг на друга. Среди них был только один рыжий мальчик. Мы же с Анькой были смуглые. Анька от загара, а я от рождения. И глаза у меня как два угля, и сопля из носа, потому что я уже неделю живу как беспризорник, и отрыжка от яблок. Когда мы с Анькой прыгнули на белую женщину, ее чистые дети расступились и как раз в тот момент, когда Анька повисла на шее незнакомки и целовала ее в щёки, рыжий крикнул: «Мам! А кто это?»
Женщина замерла и посмотрела прямо в Анькино чумазое лицо. Я передумала целоваться и сделала шаг назад. Аньке же отступать было некуда. Она болталась как говно в проруби и улыбалась.
-А мы новенькие, - Анька потянулась за кульком с угощениями. Женщина отпустила свёрток и повернулась ко мне. Я вытерла соплю:
-Нам про вас много рассказывали….
-Кто?
-Все…
-Понятно, - женщина протянула мне свёрток и мы с Анькой направились в сторону нашего корпуса. Хотелось бежать, но мы специально шли медленно, сохраняя видимость нормальности произошедшего. Мы только что расцеловали чужую многодетную мать, потому что хотели есть и теперь самое важное - красиво уйти.
Вернувшись в палату, Анька заглянула в пакет и брезгливо бросила его на кровать:
-Яблочный спас какой-то….
По кровати рассыпались яблоки и конфеты «Лимончики»….