Посвящаю соседу моему. Зуеву. В детстве он мечтал стать капитаном дальнего плавания. Он до сих пор скромный герой Я гуляла вдоль забора, Собира металлолом. Вдруг из дырки в том заборе Показался некто Лом. Лом – матрос с того баркаса, Чьё названье – «Букет». Возит гравий и песчаник По Оке сто восемь лет. - Чё тебе, фуражка с крабом? - Я спросила веселО. - Неудачно похмелился? Потерял в волнах весло? Или штормом приштормило Из ближайшей из пивной, Что зовётся «Гоп со смыком»? Чё молчишь-то, геморрой? – Ничего он не ответил, Только горестно вздохнул. Разбежался косолапо И, подпрыгнувши, нырнул В вод прекрасную пучину. И затих. Быть может, стоп? Я вздохнула, лоб сморщнУла И пошла готовить гроб.
Посвящаю соседу моему. Зуеву. В детстве он мечтал стать капитаном дальнего плавания. Он до сих пор скромный герой
Я гуляла вдоль забора,
Собира металлолом.
Вдруг из дырки в том заборе
Показался некто Лом.
Лом – матрос с того баркаса,
Чьё названье – «Букет».
Возит гравий и песчаник
По Оке сто восемь лет.
- Чё тебе, фуражка с крабом? -
Я спросила веселО.
- Неудачно похмелился?
Потерял в волнах весло?
Или штормом приштормило
Из ближайшей из пивной,
Что зовётся «Гоп со смыком»?
Чё молчишь-то, геморрой? –
Ничего он не ответил,
Только горестно вздохнул.
Разбежался косолапо
И, подпрыгнувши, нырнул
В вод прекрасную пучину.
И затих. Быть может, стоп?
Я вздохнула, лоб сморщнУла
И пошла готовить гроб.