Иногда обстоятельства решают всё не в нашу пользу.
Татьяна Илларионовна, педагог по русской классической литературе, объявила о конкурсе.
— Желательно всем, кто пишет стихи, поучаствовать. Конкурс будет проходить на городском уровне, в жюри войдут местные писатели. Решили привлечь студенческую молодёжь. Кирилл, Юлия, ваши работы однозначно должны участвовать.
— А в каком виде сдавать? И куда? Кому? — Кирилл, как всегда, засыпал преподавателя вопросами.
— Завтра приносите свои стихи, на отдельных листах, Светлане Николаевне. Не забудьте подписать их!
Весь вечер Юлия отбирала лучшие из своих стихотворений. Своё творчество — это как детище, родное и любимое, и сложно выбрать всего несколько из целого сборника. Хотя интуитивно определяешь, какие слабее, а какие более удались. Аккуратно переписав их на чистые листы, девушка с нетерпением стала ждать нового дня.
Но получилось так, что Светлану Николаевну удалось найти только после пар. Вика поддержала подругу, и студентки вдвоём подошли к молодой преподавательнице. Светлана Николаевна являлась творческим организатором. Её женственный нежный образ совсем не вязался с неуёмной энергией и хваткой.
— Это стихи? Отлично! Ой, а вы, может, занесёте в дом писателей по пути? А то у меня совсем нет времени.
Юля с Викой переглянулись.
— Юля, как раз покажешь свои стихи Геннадию Александровичу. Отнесёте сами? Вот и отлично! Спросите Потапова, вам покажут, в каком кабинете. Спасибо, девочки!
Светлана Николаевна отдала им стихи остальных участников и тут же стала перебирать книги, что-то выискивая в стеллаже.
— Ладно, сходим, — сказала Вика на улице. — Тут недалеко. Ты должна занять первое место.
— Ну, скажешь тоже, — запротестовала Юля.
— А что? У тебя хорошие стихи. Уж точно лучше, чем у Кирилла.
Юле вспомнился стих, подаренный ей. Про какие-то крутые машины, песни Стинга, и ещё про что-то, Юля так и не смогла понять смысл написанного, а самое главное, какое это имело отношение к ней. Но вслух сказала совсем про другого однокурсника:
— Илья сказал, что они детские.
— Ну и что, много Илья понимает в стихах? Это твой стиль. Зато они лёгкие и красивые. Я в тебя верю!
— Спасибо!
Октябрь выдался сухим и тёплым. Под ногами шуршали золотые листья, да и деревья оделись в разноцветные наряды, от охры до бордовых оттенков.
Подруги не заметили, как дошли до нужного здания. Со стен на студенток смотрели бронзовые головы писателей. Пушкин, Булгаков, Толстой, Гоголь... В помещении было темновато, но на дверях висели таблички с фамилиями, и Потапова найти оказалось совсем несложно. Постучавшись, девушки вошли внутрь.
Геннадий Александрович оказался сухоньким старичком, достаточно бодрым и словоохотливым. Взяв в руки листы со стихами участников, он бегло прочитал их и спросил:
— Вы обе пишете?
— Нет, я не пишу, — улыбнулась Вика, — только Юля.
— Которые ваши стихи, барышня? — спросил писатель.
Юля указала на свои листочки. Потапов ещё раз перечитал их и сказал:
— Определённо, у вас есть талант.
Юля смутилась.
— Да-да, в ваших стихах есть потенциал. Другие стихи — так... В них не хватает чего-то. А в ваших есть образность, ритмика. Они ещё местами корявы, но это не страшно. С опытом вы станете писать лучше. Но главное, ваши стихи цепляют. Почти каждой строчкой.
Только вместо "ч" он произнёс "стротька".
Геннадий Александрович так разошёлся, что прочитал целую лекцию про талант, про писательский труд. И каждый раз его "стротька" резала слух. Девушки боялись прервать его, из вежливости к возрасту и профессии. Пора было идти на автобус, хотелось есть, но приходилось стоять и слушать, или хотя бы делать вид. Казалось, прошёл целый час, когда, наконец, лекция закончилась.
— Возьмите свои стихи, — обратился он к Юлии, — и распечатайте их. Так будет лучше. Завтра принесёте.
На улице Вика спросила:
— А где ты будешь печатать?
— Не знаю...
Думать об этом не хотелось. Хотелось есть и домой. Девушки побежали на остановку.
Прошёл день, другой. Печатать Юле было негде. Так и лежали листки в тумбочке. Не понятно, зачем Потапову понадобилось, чтоб Юля обязательно их напечатала, ведь остальные были написаны от руки. Девушка корила себя за то, что не смогла сказать, что у неё совсем нет возможности. Да и мало у кого она была в те далёкие девяностые.
А через несколько дней объявили результаты конкурса. Кирилл занял третье место. Татьяна Илларионовна остановила Юлю в коридоре.
— Юля, не пойму, почему тебя нет в призёрах?
Девушка смутилась. Что сказать? О нелепой случайности и своей чрезмерной робости?
— Я не участвовала...
"Конкурс" https://author.today/work/121741
