Современный Париж – наследие барона Османа, совершившего тотальную перепланировку столицы Франции в 1853-1870 гг.
В первой половине XIX века население Парижа увеличилось вдвое и превысило миллион человек. Центр города походил на мрачный диккенсовский Лондон: узкие грязные улочки, покосившееся средневековые дома, цепляющиеся друг за друга, как утопающие, хаос улиц, переулков и тупиков.
Модернизировать городское пространство в Париже пытались и до Османа, но не так радикально. Запретили строить дома на мостах, а затем и очертили городские границы, в которых было запрещено строительство новых зданий.
Законодательная база для запуска программы по «реновации Парижа» была подготовлена еще в 1851 году, после принятия закона об экспроприации частной собственности в общественных интересах. Наполеон III, ставший императором Франции в 1852 году, горел желанием централизовать не только власть, но и городскую структуру своей столицы. Оставалось лишь найти деятельного и решительного человека, который справится с этой задачей. Этим человеком стал 44-летний Жорж-Эжен Осман.
В июне 1853 года Жорж-Эжен Осман, называвший себя бароном (но не имевший подобного титула), стал префектом департамента Сена. Ему было поручено сделать Париж большим, цветущим и красивым городом.
У градостроительной модернизации Парижа имелись и скрытые политические причины. Захламленные узкие улицы прекрасно подходили для баррикад. Старый Париж мог за один день превратиться в революционный бастион, а этого Наполеон III никак не желал. По широким и прямым улицам солдатам будет проще маршировать стройными рядами и зачищать кварталы от бунтовщиков.
В своем рвении переделать Париж на новый лад Осман не пощадил даже дом на улице Фобур Сент-Оноре, в котором родился. Вместо кривых улочек появились строгие линии широких авеню. Расширилась система канализации и водоснабжения, было организовано газовое освещение улиц, обновлены и отреставрированы в едином неоклассическом стиле фасады зданий, появились девять новых мостов, новые железнодорожные вокзалы, до 30 метров разрослись засаженные каштанами бульвары, пышным цветом расцвели новые парки и сады.
Чтобы это произошло, Осман без зазрения совести уничтожил исторический облик города с двухтысячелетней историей. Старые постройки безжалостно разрушались, несмотря на гнев и протесты их жителей. Было снесено 20 тысяч домов. Десятки тысяч людей переселили, и компенсация, полученная ими, далеко не всегда оказывалась равноценной. Для Османа ни старые здания, ни людские судьбы ничего не значили.
Барон Осман перекраивал Париж 17 лет. Все это время город был похож на огромную стройку с перекопанными улицами и оградительными заборами. Большинство горожан ненавидело Османа. И не только за невозможность нормально жить в своем городе. Столь масштабный проект требовал огромных денежных средств. Как было подсчитано в 1869 году, для воплощения плана реновации Парижа Осман потратил 2,5 млрд франков.
В 1869 году Наполеон III посчитал, что с идеей модернизации Парижа пора кончать, пока Париж и его недовольные граждане не прикончили его. Император попросил префекта Сены подать в отставку.
Через шесть месяцев не станет самого Наполеона. Он будет взят в плен (и уже никогда не увидит Париж) во время позорной для Франции Франко-прусской войны, а Сентябрьская революция покончит со Второй империей. Осман переживет эти грозные события за границей, а потом вернется, чтобы состоять в бонапартистской партии, смотреть со стороны, как другие префекты продолжают воплощать его реновационный план (работы продолжатся аж до 1927 года), написать мемуары и умереть в перестроенной им столице.
Осман превратил Париж в удобный и современный город, ставший олицетворением модерна. В обновляющемся Париже рождался импрессионизм и проходили «Салоны отверженных». При Османе Монмартр стал частью Парижа, а в конце XIX века центром богемной жизни и актуального (на тот момент) искусства. При Османе был построен дворец Гарнье, в котором сияли звезды мировой оперной сцены. Только в «османизированном» Париже мог появиться его современный символ — Эйфелева башня и только в «османизированном» Париже мог состояться первый публичный сеанс «Синематографа братьев Люмьер». Хотел Осман того или нет, он создал городское пространство, в котором создавалось будущее. И ради этого будущего Париж лишился своего прошлого.