Порой бывает так, что абсолютно осознанный, трезвый и совершеннолетний, ты принял решение набить себе «что-нибудь»: «Что-нибудь, ну…, маленькое. Но смелое, как я! Где-нибудь, ну, пускай, на запястье. А, нет. Может, давай на шее? Или, о, точно — плечо! Ой… Подожди! Давай на щиколотке, а?» Леша, твой талантливый однокурсник, как раз «почти доходил» в художку и, конечно, знает, что там, где и как. Теория пройдена. Бурный вечер обсуждений трудов Маркса на кухне завершен. Ты встаёшь в ванную. Помнишь, что ты— Вася, голова — на месте, руки тоже. Кривишь лицо в отражении, пытаясь вспомнить, какой день недели, во рту «по-трезвому» сухо, и что-то в груди немного горит. Стоп, а что это? Я порезался, или…? Скорпион? Скорпион! Скорпион… Черный. 5x5. Вся левая грудь. «Боже! У меня портак! Лёша! Ты... Но я же даже не скорпион… Я рак, Лёша! Рак!» Университетские годы прошли мимо, а вместе сними и пара тысяч серых лиц, десяток возможностей и светлые планы на Америку. Ты уже забыл своего старого