Салют, друзья! Зовут меня Леонид, и история моя будет о том, как из беспомощного птенца я стал настоящей птицей.
Родился я маленьким и слабым, таким слабым, что еле мог разбить скорлупу яйца, вернее, разбить я ее так и не смог, мне в этом помогли родители. После этого они все время опекали меня, делая только хуже.
Когда я рос, я постоянно попадал в неприятные ситуации. Однажды молодые петушки наваляли мне мимоходом, когда я проходил рядом, а они устраивали бои, начиная пробовать свои силы. Затем то банда индюшат дала мне люлей, забрав мою еду, то дикие воробьи откудохали меня за кусок хлебной корки, мимо которой я просто проходил. Даже цыплята дали мне по перьям, когда я хотел съесть червячка.
В общем, обижал меня каждый, кто жил в нашем птичнике. Но хуже всего, что я начинал плакать, прибегали мама с папой, разгоняли всех и уводили меня с утешениями в гусятник.
Единственное время, когда мне было комфортно, это когда наступала ночь. Все спали, а я тихонько выходил из птичника и, смотря на луну, думал, почему я такой несчастный, слабый, и как мне стать сильнее.
Однажды поздно вечером, сидя возле птичника, повесив клюв и вспоминая все стычки за сегодняшний день, я услышал шуршание возле сарая. Я уже хотел шмыгнуть обратно в птичник, как вдруг от сарая гигантскими прыжками на меня бросилась огромная крыса. Я даже не успел помолиться своим гусиным богам, как меня неожиданно накрыло тенью, и совершенно бесшумно с неба камнем в крысу врезалось что-то большое, мгновенно ее убив. Я замер на месте и вроде бы умер от страха. Голова пришельца медленно повернулась ко мне. Да-да, вы не ослышались, пришелец был ко мне спиной, но голова его повернулась ко мне. Большие желтые глаза хищно с прищуром смотрели на меня, не мигая. Я понял, что сейчас меня скорее всего будут есть, возможно целиком и возможно живым. Вдруг это существо отвернулось и развернулось ко мне уже всем телом. Я увидел совершенно другие глаза – большие желтые милые глаза, которые удивленно смотрели на меня.
-Ой, какой милый гусеныш! А чего ты весь дрожишь? - спросило меня существо.
- К-к-к-кто вы? – заикаясь, спросил я.
- Я сова, в нашем лесу меня зовут Валентина Двуликая.
- А что значит «Двуликая»? – удивился я.
- Это значит, что когда я злая - я хищная и опасная, а когда я добрая – я милая и хорошая.
- А сейчас Вы какая? – с надеждой в голосе спросил я.
- Не бойся, гусеныш, я питаюсь только мышами и крысами, ну и кофе очень люблю. Так что ты здесь делаешь ночью один?
Осмелев, я поведал ей свою грустную историю о том, как меня обижает каждый встречный. Она выслушала меня и улыбнулась:
- У вас гусей всегда так, самые слабые и беспомощные не выдерживают испытаний и погибают. Впереди тебя ждет много испытаний. Есть у вас в птичнике один старик-задира, уж не помню, как его зовут, но этот петух воспитал многих гусей, ты узнаешь его по отсутствию шпоры на одной лапе, он потерял ее в бою с лисой. Я думаю, он даст тебе много советов.
- Спасибо Вам большое, Двуликая Валентина, - пролепетал я.
- Обращайся, - сказала Валентина, - найти меня сможешь за птичником, просто крикни мое имя, если я буду рядом, я прилечу – поболтаем.
Она повернулась, неуловимым движением схватив огромную крысу, бесшумно исчезла в темноте.
На утро я разыскал того самого петуха. Он был весь в шрамах, у него отсутствовала часть перьев, когда он повернулся ко мне, от него повеяло огромной силой и уверенностью. Я попросил его научить меня быть сильным, и он открыл тайну, что сильными не рождаются – сильными становятся. Но для этого нужна железная дисциплина и огромная сила воли.
Петух дал мне задачи: каждое утро пробегать двадцать кругов вокруг птичника, вытягивать клювом по сто сорняков за день и со всего разбега пробираться сквозь шиповник с открытыми глазами, чтобы видеть каждую ветку и суметь от нее увернуться. Он сказал мне, что если я смогу делать это постоянно, через месяц меня не сможет обидеть ни одна птица.
Каждый день, пока все спали, я носился вокруг птичника, не жалея себя, пока все ели и отдыхали, я выдирал не по сто сорняков, а по двести, пересиливая и превозмогая боль, раз за разом пробирался сквозь заросли шиповника.
Через месяц я пришел к нему, и он сказал:
- А теперь иди и прогуляйся по птичнику.
Проходя мимо молодых петушков, я уже представлял себе очередную расправу, но как только один из них наскочил на меня, почему-то я не стал зажмуриваться и прятать голову, а наоборот, вытянув шею с широко раскрытыми глазами, схватил его своим клювом, как те сорняки, и с такой силой шмякнул его о землю, что тот долго не мог пошевелиться. Все остальные молча стояли рядом.
Когда индюки попытались отнять мою еду, я настолько быстро разобрался с ними, а они показались мне настолько медлительными, что я даже удивился, как я раньше не замечал их неуклюжесть.
Даже дикая бесстрашная банда воробьев испугалась меня, когда при попытке их очередного нападения я схватил одного из них на лету и чуть сильнее сжал клюв. Он заверещал так громко, что все в птичнике обернулись на нас, а я выплюнул его с такой силой, что он, как кегля, снес всех цыплят на его пути.
С тех пор я понял, что такое сила дисциплины. Пока все гуляли и кушали, я тренировался, не покладая крыльев, и это дало мне такое преимущество, с которым справиться не смог никто.
Дисциплина и спорт воспитали во мне настоящую птицу. Но это было только начало… Дисциплина помогала мне во многих испытаниях моей жизни, об этих испытаниях я обязательно расскажу вам в других историях…