Когда правит психопат...

Просто власть Кластера не устраивала. Ему хотелось унижать других, уничтожать их морально и физически. С другой стороны, Кластер Кох спал и видел, как им восхищаются, как им гордятся, как его любят. Он алкал чистого, искреннего восхищения, чистой, искренней любви, которой ему так недоставало с самого детства. Его отец Сукеноц Кох был таким же эгоцентристом и мимоходом резал молочниц, а мать Кластер не помнил и никогда не интересовался ею. Из-за скверного характера у Победоноса вместо друзей и близких были одни подданные. “Не имей сто друзей, а имей сто подданных”, - любил приговаривать он. Кластер давно уверился в том, что все только и делают, что интригуют против него и насмехаются над ним. Не забываем, Кластер считал себя Центром Вселенной, а потому все остальные люди - не более чем его подобия. Следовательно, воспринимают мир так же как и он, что только усугубляло ситуацию. Достойнейший ставленник богов.

Несмотря на все эти эпилептоидные и истероидные пертурбации, повзрослевший Кластер прекрасно понимал, что его боятся, но разве страх - это восхищение? Нет, совсем нет. В отношении кородента остальные тоже вели двойную жизнь и имели свои секреты. Наружно угождали и раболепствовали, а внутренне содрагались от страха и ненависти. Получалось явное противоречие: Кластер разом вожделел внушать и ужас и упоение перед своей титанической личностью с мальчишеским сознанием. Это как если бы какой-нибудь могущественный гном пожертвовал в родильню ненавистных ему великанов много денег (Любите меня! А-ха-ха!) и тут же бы перерезал всех младенцев (И бойтесь меня! О-хо-хо!). Тут у кого угодно мозги в кукиш скрутит. И Кластер, жаждущий признания и грезивший остаться в истории добрым и мудрым кородентом (так и хочется написать “самаритянином”), а не кануть в историю безумным деспотом, злился ещё больше. И становился от этого ещё безумнее. Неоднократно он в своей чёрной маске ворона с ножом гонялся за слугами под сводами замка, - да и не под сводами тоже гонялся - и хрипло и надсадно орал: “Восхищайтесь мною! Любите меня! Почему вы меня не любите?! Негодяи! Подонки! Шкуры!”. На пору его выступлений в маске, двойника предварительно запирали в спальне.

Я сказал, у Кластера Коха не было близких и друзей? Я ошибся. Близких у него не имелось, это верно. Жена и сын ровным счётом ничего не значили для него. С таким же успехом он мог бы завести парочку декоративных мышей или держать у себя на подоконнике два кактуса, о существовании которых забывал бы неделями. Однако друг у него был. Командор кородентской гвардии Щеногго Адав, вышколенный, но не выдубленный вояка и отличный исполнитель, преданный Кластеру, как боевой пёс, как боевой зомби, как боевое растение! Преданный не из-за страха, а из-за немеркнущего уважения. Таким образом Адав давал Кластеру то, чего тот не мог добиться от других, отчего других и ненавидел.

https://author.today/work/168329