- Голова не кружится? - спрашивает вчера папа. - От переизбытка воздуха.
Мы два года не были с Полиной в Карлыгане. А тут такой простор! Трава во дворе по колено, сирень напротив дома цветёт, в саду яблони, вишни, орешник... Выйдешь на крыльцо, полдеревни видать.
Полина заново знакомилась с умывальником, я вспоминала, как мыть посуду в тазу. Туалет на улице - разнообразие и даже определённая романтика.
После благ цивилизации не сразу подстраиваешься к этим неудобствам, но тем ценнее то, что имеешь.
- Как тебе идёт эта кухня, будто и не уезжала, - заметила тётя.
- Она и на моей кухне в Казани хорошо смотрится, - посмеялась Настя.
Это хорошо, выдохнула я. Я гармонична.
Пыталась подстроиться под местную плиту, не сразу получилось. Вспомнила, как готовили блины на костре на берегу Камы. Поняла, что раз получилось там, здесь тем более.
Вчера была Троицкая суббота. Я называю его днём, когда ушедшие в тот мир объединяют живых. Все стараются на Троицу (Семыке) приехать в деревню, к своим.
У нас есть ещё своя семейная традиция - после кладбища мы идём в Шолдынер. Устраиваем пикник, слушаем соловьёв. Любители рыбачат. Я делаю много фото - для меня это важное место.
Оказывается, не всем нравится, когда я пишу про Шолдынер. Кто-то улавливает в этом земельный вопрос. Те, кто хотел взять, уже взяли. А наше останется нашим. Исторически и по факту.
- Устала, Поль? - спрашиваю по дороге.
Не отвечает, просто кивает.
- Вот. А я по этой дороге уже в твои годы в школу ходила, - повторяю я свою любимую историю.
Она даже не о том, что я смогла, я сильная. Я просто тогда не знала, что можно по-другому. Казалось, что только так.
Поэтому нужно по возможности всё пробовать. Туалет на улице - хорошо, но только до той поры, пока не видишь, что всё может быть намного удобнее и приятнее.
Голова не кружится от избытка кислорода. Но душа радуется. Повидались. Показала Полине частичку себя той, какой я была в детстве. Ей это зачем? Это важно мне.
