Глава 15.
Мы встретились с ребятами в Москве. Встреча была горячей. Закупив продуктов приехали к бате на дачу. Отмечать встречу. Все повзрослели, батя постарел, но все еще служил.
-О работе завтра, сегодня рассказывайте о себе!-сказал он нам.
Мы пили его фирменную настойку и не пьянели, ходили в баню, а после ныряли как сумасшедшие в его холодный бассейн, жарили шашлыки, смеялись, вспоминая армейскую службу, припоминая как все тогда начиналось, какими мы были зелеными. Парни хвастались семьями, кто-то как я, все еще был холост. Пока парни в очередной раз ушли в заплыв батя сказал:
-Смотрю на тебя, Леха, и дается мне, что все не просто с личной жизнью у тебя. Прямо тоска во взгляде. Выкладывай что стряслось.
Я и выложил, про это свое взрослое сумасшествие с красивой женщиной и ее готовым ребенком, про то, что и боюсь, и не могу остановиться, про то, что парень у нее классный, про то, что боюсь родители нефига не поймут меня, холостого, без семьи и детей, если я начну встречаться с Катей, которая старше меня на 6 лет. Про свою буреую личную жизнь, про то, что моя "симпотичность" выходит мне чаще боком чем пользой...
Батя слушал, а потом рассказал про свою жизнь, что думал никому не нужен будет после первой чеченской кампании, как орал ночами и спать не давал, когда домой вернулся, как только и успокоился рядом со своей Ольгой Семеновной. И что пацан его, Егор, не просто им достался. Да много чего про личную жизнь рассказал.
-Советовать не могу, но если чувствуешь, что твое - не останавливайся, какая разница, что скажут другие. Главное твоя жизнь. Родители поймут. Думаешь они желают тебе зла? Ты взрослый человек и они не рискнут потерять тебя в ссоре. Жизнь такая штука - никто не знает что будет завтра, а его вообще может не быть.
На следующий день после отдыха на даче батя рассказал, какая зада в целом перед нами поставоена, что нам предстоит и когда. В принципе, морально мы все были готовы. Осталось оформить документы и ехать, чем мы и занялись. К пятнице получили одежду, командировочные, подписанные документы и даже прошли все инструктажи. Из бывшего взвода нас отправлялось на Украину 15 человек. Все, кто тогда, 12 лет назад участвовал в юношеской безумной клятве. Мы тогда уже были спецподразделением и знали чему нас обучают. Это было тонкое мастерство и научиться этому было дано не каждому.
Я очень хотел услышать ее. Навалилось море дел, на квартиру к Сане мы приползали под ночь. Обсуждали, что произошло за день, готовили ужин и ложились спать. Не было ни минутки на едине с самим собой. Только ночью я вспоминал Катю, запах ее духов, улыбку... Позвонить решился лишь в субботу. Когда вернусь больше не буду спрашивать разрешения. Возьму в охапку и потащу знакомиться с родителями. И так больше чем пол года потерял, пока дошло.
***
В субботу вечером раздался телефонный звонок. Высветился незнакомый номер, регион Москва. Я хотела отклонить, в основном с Москвы звонят мошенники, но потом дала шанс звонившему.
-Алло, Катя?
-Да, я слушаю.
(Сердце покатилось и ухнуло! Где-то глубоко, за ребрами, выплеснуло волну нежности. Вот чего мне не хватало эти последние дни. Мне не хватало ее!)
-Привет! Это Алексей. Просто хотел услышать твой голос. Как у тебя дела?
Я была в замешательстве, спрашивать откуда у него мой номер - это же бессмысленно?
-У меня все хорошо. Сегодня суббота, ыходной, я отдыхаю. Как у вас?
-Перестань, пожалуйста, мне выкать. Хочу сказать тебе, что ничего не изменилось! У меня к тебе ничего не изменилось! Понимаешь? Ты все еще мне нравишься! И нравишься с каждым днем все сильнее! Я ничего не прошу в замен, хочу чтоб ты это знала. Мне нечего терять кроме тебя. Тебя и твоего Ромки! И будь уверена, когда вернусь - мы обязательно будем вместе.
-Я не знаю что сказать. Это неожиданно...
-Я сейчас в той ситуации, когда мне необходимо, чтоб ты все знала. Вдруг я не успею тебе этого сказать. Ожиданно или неожиданно. Просто знай это. Мне пора, я отключаюсь. Обнимаю вас!
-Пока...
Я ничего не поняла из нашего разговора. Но перезванивать не стала. Когда он вернется? Откуда? Почему надо звонить в субботу? Это не подождет до рабочего дня?
-Дмитрий Андреевич, можно к Вам?
В понедельник я стояла на пороге кабинета начальника Алексея.
-Да, проходите, Екатерина Александровна!
-Я по личному вопросу.
-По личному?
-Да.
-Слушаю Вас.
-Мой вопрос возможно покажется странным. Где Алексей? Когда он появится на работе?
-У вас что- то с техникой, Екатерина Александровна? Может я могу вам чем-то помочь? Или другие ребята? Мы мигом!
Я замотала головой. Начальник Алексея удивленно смотрел на меня, а потом вздохнул и кивнул.
-Я удивлен, если честно. Когда он писал заявление почему-то намекнул, что возможно с этим вопросом придёте именно вы. Он в Москве.
-Не обманывайте меня, прошу вас. Он точно не в Москве. Вернее, в Москве он был, но по-моему это не конечный пункт его назначения.
Дмитрий Андреевич еще внимательнее посмотрел в мои глаза, потом встал, подошел к дверям кабинета, выглянул за них, убедившись, что все работают, закрыл их поплотнее. Потом предложил чай. Его изменившееся поведение меня напрягло еще больше.
-Я ему обещал не говорить вам, но вижу вы отсюда не уйдете без честного ответа. Да и смысл скрывать? Когда вернется - все в нашем муровейнике уже будут знать. Он на Украине, Екатерина Александровна. Уехал по контракту. Нет, не думайте, не из-за денег. У него долг. Без войны не бывает мира. Понимаете, это чисто мужское. Долг перед армейскими товарищами, перед Родиной, перед прошлым и будущим, патриотический долг, долг перед родетелями. Какое хотите такое и выбирайте название. Так сложились обстоятельства. Девушкам это трудно понять. Мы долго беседовали с ним, у нас хороший коллектив и мы давно не просто коллеги, я отговаривал, приводил доводы, просил пожалеть родителей и сестру, говорил, что его время не пришло, что ему нужно думать о семье, о будущем. Пугал увольнением. Только все это было бессмысленно. Он упёртый, из потомственной военной семьи, это хорошо взвешенное решение, это не романтический настрой палить из пистолетика. Для человека все решившего до прихода ко мне, любые мои доводы - пустые слова. Официально где он здесь знают всего 4 человека, ну теперь и вы. И у меня большая просьба не распространяться.
Внутри меня все похолодело. Липкий холодный ужас по спине... Он на войне.
"Безумству храбрых поем мы песню..."
-Все понятно, Дмитрий Андреевич, спасибо за откровенность. Я пойду.
-Хотел попросить вас никому...
-Конечно, мы взрослые люди. Никому.
Потрясенная от этой новости я вышла из кабинета, прислонилась к стенке и схватилась за голову. Хорошо, что в коридоре никого не было. Зачем...
