Павел Павлович Назаров – его боевой путь проходил через: первый и второй Белорусские фронты в должности штурмана (февраль 1945 – май 1945), Забайкальский фронт в должности штурмана корабля (9 августа 1945 – 5 сентября 1945). В период с 26 января 1945 года по 31 августа 1945 года произвёл 42 боевых вылета, общим налётом 130 часов 58 минут.
Воспоминания от первого лица записала студентка Яна Куракина в 2009 году.
Во имя жизни на Земле
Полковник в отставке Назаров Павел Павлович родился 27 мая 1925 года в Пермской области. В 1933 году поступил в первый класс школы в г. Кизеле. В 1940 году поступил учиться в 11 спец. школу ВВС в г. Свердловске, которую окончил с отличием в 1943. В июне этого же года был направлен в ЧВАУШ (челябинское военное авиационное училище штурманов), которое я окончил в октябре 1944. С октября по ноябрь 1944 проходил стажировку в лётном центре ВВС в Астафьево (под Подольском). После прибыл в 49 гвардейский полк ВДВ, который базировался в г. Клин.
Первое «боевое крещение» получил при доставке штрафника Евгения Лебедева в г. Москву, в которой ни разу не был. 30 декабря 1944 года, в предпраздничный морозный день, когда температура воздуха опускалась до минус 40 градусов, пришли на станцию Клин. Билеты не купили, около 2-х часов простояли в ожидании поезда. С большим трудом сели в тамбур вагона проходящего состава. Вышли из поезда на Комсомольскую площадь, на которой было много людей. Сесть в трамвай в составе 4-х человек (штрафник, два конвоира и я) было невозможно. При посадке мы разделились на 2 группы: я со штрафником зашли в одни двери, а солдаты-конвоиры в другие. В это время солдат забирает патруль. Я остался один со штрафником, которого позже сдал по назначению. Пытался найти солдат, но безуспешно. В 17.00 состоялся развод караулов, а их выпроводили в неизвестном направлении. По приезду 31 декабря в г. Клин сдал документы дежурному по части и в письменном виде сообщил, что солдаты остались в Москве.
1 января 1945 года рано утром наш экипаж вылетел в Москву и получил специальное задание – лететь в Тамбов. Прилетели на место, нас не принимают, так как полоса в снегу. Прилетели в Рассказово, сели. После чего удалось вылететь обратно. Причина полёта – привезти грамоту Ферапонту Головатому. После выполнения нескольких специальных заданий 23 февраля экипаж вернулся в г. Клин. Я узнал, что солдаты, которых я потерял в Москве, были доставлены в середине января обратно. Так закончилось первое «боевое крещение». Первые месяц-полтора я проходил стажировку. Позже мне сообщили, что штрафник, правый лётчик Женя Лебедев, погиб в штрафной роте. Моё моральное состояние невозможно было передать словами.
Наш экипаж выполнял специальные задания по указанию из Москвы: полёт за линию фронта к партизанам, участие в постройке аэродромов Подскока, обеспечение войск данными разведки (фотографиями железнодорожных путей и станций). Однажды получили задание сесть на полевой аэродром с грузом в 20 бомб по 50 килограмм. Ночью встретились с двумя женскими экипажами на ПО-2, которые только что вернулись после нанесения удара по немецкому штабу и с хохотом рассказывали о результатах. Это были «ночные ведьмы». Я как штурман помог им подготовиться к очередному вылету.
Этот этап войны мне запомнился тем, что наш полк ВДВ перешёл со своего положения на АДД. Он осуществлялся при помощи экзаменов и контрольных полётов. Я выдержал экзамены с отличными оценками, как теоретически, так и практически.
В феврале-марте 1945г. производили боевые вылеты к партизанам и за линию фронта в Белорусские леса.
В марте-апреле 1945г. производили боевые полеты в направлении на Кенигсберг. Доставляли оборудование для строительства аэродромов. Последним аэродромом был под г. Тапиау. Выполняли фоторазведку железнодорожных путей сообщений, станций. Наша авиация имела полное превосходство в воздухе, сопротивления противника не было. Немцы отступали по всему фронту.
Закончилась война с Германией. Наступила трехмесячная передышка. В этот период на заводе в Ташкенте получили новый самолет Ли-2. Основные доработки были выполнены членами экипажа. В начале августа обосновались на территории Монголии в Тамцак-Булаке рядом с танкистами.
9 августа началась война с Японией. Танки двинулись на Маньчжурию. Наш экипаж произвел вылет на высадку десанта в предгорьях Хин-Гана. Информации о противнике никакой не было. Во время первого вылета отсутствовало всякое противодействие со стороны противника. Десант высадили без единого выстрела. Таков был результат внезапности. Следующий полет должны были произвести с посадкой на аэродром Хайлар с доставкой продовольствия, почты. Информация о противнике была о том, что Хайлар взят нашими войсками. При подходе к Хайлару по нам был открыт огонь артиллерийскими снарядами. Стали маневрировать, но упорно шли по назначению. При подходе к аэродрому увидели, что на аэродроме вырыты траншеи, по аэродрому ходят животные. Ракеты рвались совсем рядом с самолетом. При отходе от аэродрома увидели посадочное «Т» и зеленую ракету. Такое взаимодействие у нас было отработано с танкистами. Сели от города в 2-3 км. Подъехал газик, указал нам место остановки, экипажу выдали автоматы и мы заняли круговую оборону самолета. Обстановка прояснилась: город вновь заняли японцы. Мы просидели в круговой обороне до наступления темноты. Под покровом темноты к нам привезли 8 раненых солдат, которых мы доставили в тыл – госпиталь г. Чойбалсан.
До сих пор помнится взлет вне аэродрома в степной местности ночью. Полет с ранеными запомнился навсегда: одному – дай закурить, другому – попить, третьему – написать письмо на родину. Медсестра был не в состоянии справиться. Пришлось мне поработать за санитара. Это не опишешь, это надо прочувствовать, испытать.
При высадке десанта в Цицикаре
Погрузили на борт кухню начальника штаба Забайкальского фронта генерала армии Захарова и представителей штаба. Наш экипаж использовался как разведчик погоды для самолета начальника штаба фронта.
В горах Хин-Гана попали в мощную грозовую деятельность. Обойти грозовые облака слева или справа не было возможности, сплошная пелена, снизу горы, сверху и не пытались, так как не было видно их конца. Слева меньше сверкало и пошли напропалую. Возврат с разворотом был наихудшим вариантом. При проходе над Хин-Ганом самолет кидало то вверх, то вниз метров на 200. Удерживая самолет, у летчиков все руки были в крови. Полоса грозовых облаков была порядка 50-60 км. В течение 10-15 минут мы бы в отчаянном состоянии. Оценив обстановку, доложили на борт начальника штаба. Экипаж с генералом вернулся. Прилетел генерал армии Захаров только на следующее утро.
Этот полет остался в памяти на всю жизнь. Возвращаться назад мы не имели право. Для меня это было второе боевое крещение в полном смысле этого слова.
Высадка десанта в г. Тунляо
Наверное, это был единственный день, когда стояла солнечная погода за всю японскую операцию. Мы летели в качестве разведчика для группы командира полка. Доложили о посадке командиру группы. Десантники с белым флагом двинулись в сторону толпы на противоположной стороне аэродрома. Там стоял маленький дугласенок, на котором император Пу И пытался вылететь в Японию. Император Пу И был пленен.
Наш самолет на стоянке был атакован двумя японскими истребителями: каждый сделал по два захода со стрельбой по нашему самолету. В третьем заходе один истребитель спикировал на наш самолет и врезался в землю в 15-ти метрах от самолета. Второй истребитель сел на аэродром поперек полосы, и пилот ушел в лес.
18 августа, в день нашего авиационного праздника, предлагалось сделать ещё по одному боевому вылету, а вечером отметить. Наш экипаж высадил десант в г. Таонань и взял курс обратно на Тамцак-Булак. Над Хин-Ганом стояла мощная грозовая деятельность. Обойти грозу не было возможности, выбрали площадку и произвели посадку, чтобы переждать непогоду на земле. Оказалось, что мы сели вблизи Великой Китайской Стены. Так нам удалось побывать на этом историческом месте. В этот день с большим опозданием вернулись 5 экипажей, но один экипаж Михаила Слепцова пропал без вести.
20 августа произвели высадку десанта в Мукдене. В это время на аэродром вошли танки со стороны Хин-Гана. Китайцы с восхищением кричали: «Ура! Советские танки упали с неба».
С танкистами авиаторы отработали тактику: танкисты дял авиаторов выбирали место для посадки и выкладывали посадочный знак «Т». Авиаторы производили посадку и доставляли танкистам горючее. Выкладывание «Т» производилось очень быстро и оперативно четырьмя машинами.
Так мы взаимодействовали с танкистами в течение двух недель при движении их через горы Хин-Ган. При освобождении Маньчжурии от Японцев наш экипаж произвел высадку десанта в восьми-десяти городах. С высадкой десанта одновременно взаимодействовали с танкистами при доставке им горючего по 5-10 канистр.
Три вылета произвели специально по доставке горючего по 200 канистр. Это происходило ночью (на заре). Первым произвёл взлёт командир АЭ майор Моторин А.Б. В конце взлета самолет упал и загорелся. Пламя поднялось на 200 метров и озарило ночную темноту. Наш экипаж готовился к вылету вторыми. Выключили двигатели, побежали к месту падения самолёта. Прибежали и увидели в живых троих: командира, правого лётчика и борттехника, которые успели выпрыгнуть через передний люк. Так погиб мой дорогой штурман АЭ Вася Миронов. Через 2 часа полёты возобновили и наш экипаж выполнил доставку 200 канистр горючего танкистам.
22 августа были освобождены Порт-Артур и Дальний. Наш экипаж высаживал десант в Дальнем. При освобождении Северной Кореи от японцев наш экипаж высадил десант в Ханко, Пхеньяне и других точках страны. Полк наш числился полком АДД, но при войне с Японией выполнял сугубо воздушно-десантные задачи. Во время войны с Японией выполнили специальные полеты по доставке маршала МНР Чойбалсана, президента Северной Кореи Ким Ир Сена на различные по масштабам советы, совещания.
После окончания войны с Японией 03.09.1945 г. был назначен штурманом на флагманский самолет С-47. Летал сначала с командующим генерал-полковником Людниковым. При убытии Людникова в Москву, на должность командующего Московским военным округом, стал летать с генералом армии Белобородовым.
Ответственность в этих полетах возросла в разы. Закончились мои полёты на флагманском самолёте С-47 в апреле 1948 года, после чего я уехал в Москву и поступил учиться в ВВИА им. Жуковского. После окончания ВВИА в 1954 г. был назначен начальником воздушно-стрелковой службы полка, летал штурманом на самолёте ИЛ-28. С декабря 1957 по август 1965 года работал в ГК НИИ ВВС.
Демобилизовался в 1978 году. После этого до 1985 года проработал технологом в воинской части.
Награды: медаль Жукова, Знак « Фронтовик 1941-1945гг.», «За победу над Германией в Великой отечественной войне 1941-1945гг.», «За победу над Японией», Орден «Отечественной войны II степени», Орден Красной звезды, Медаль «За боевые заслуги».
#минобрнауки #ЛГТУ #научный_полк #наша_гордость #наша_победа