Ну что, настал этот момент, который я оттягивала несколько лет. Момент исповеди и разбора самой себя на молекулы, чтобы осознать то, что случилось несколько лет назад, и понять, что незачем было казнить себя так долго. Такой самоанализ.
Честно говоря, если бы я не думала, что это может принести пользу массе женщин, я бы не стала ничего писать. В этих записях не будет ни строчки неправды. Как говорится, без воска.
Эта история началась ровно семь лет назад, летом. В ней было несколько героев, как главных, так и второстепенных. В роли дряни - Флибэг - выступила я. Кстати, отличный сериал - Дрянь, советую.
Абсолютно все имена изменены.
У каждой истории есть предыстория. Вот моя: у нас был коллектив - маленький частный театр из непрофессиональных актеров и режиссера. Все горели идеей создать театр с нуля, в котором играют непрофессионалы. Всё на чистом энтузиазме, без дотаций и субсидий. О создании театра я распространяться не буду, скажу лишь, что пришла я туда 19-летней девчонкой, имевшей проблемы с прикусом и вялотекущую депрессию после смерти деда. Мы ставили спектакли, тусили, завязывались отношения. Один из парней, Кирилл, на которого я смотрела исключительно как на корчащего из себя альфача, начал встречаться с моей на тот момент приятельницей Ирой. Это всё меня не интересовало, так как я готовилась к важному шагу - исправлению прикуса путем операции, после которой, конечно, должна была стать звездой HBO. И уж точно я не ожидала того, что случилось после выхода из больницы.
Выписалась я с огромным отекшим лицом, т.к. мне сломали обе челюсти и срастили по красоте. Выглядела я как хороший Чупа-Чупс. В таком виде я пришла в театр, где все несколько обомлели от такой сногсшибательной внешности. Отек сходил постепенно, я общалась с ребятами, шли занятия в театральной студии. Я стала замечать, что Кирилл обращает на меня некое внимание, но не так, как он всегда делал с девчонками (откровенно заигрывал с четким сексуальным подтекстом), а как-то смущенно, неловко, что было на него непохоже. Я уже знала, что он позовет меня в свой первый режиссерский спектакль, но виду не подавала. В то же примерно время моя на тот момент подруга Яна как-то сказала, что ей нравится Кирилл. Я сказала, что ни в коем случае нельзя даже думать о мутках с ним, потому что Ире будет больно. Яна согласилась, но заигрывать с Кириллом вне глаз Иры не перестала. Отношения с Ирой для Кирилла не были чем-то важным, это все понимали.
В апреле Кирилл позвал меня в спектакль. Мы стали чаще общаться, у нас образовалась своеобразная дружеская ячейка: я, Кир и ещё один актер, Паша. Трудно понять, когда именно наше с Кирей взаимопонимание перешло приятельские рамки. Он оказался гораздо глубже, чем виделось на первый взгляд. С ним было интересно поговорить о театре и кино, о взглядах на жизнь, о мечтах. Он начал неловко провожать меня до дома, уединяться со мной в компаниях, порой на глазах у Иры. Надо обозначить, что Ира была очень депрессивной, требовательной и легко обидчивой натурой, при этом Кир был её первым парнем, что автоматически закрепило за ним опекунство над ней. Он осознал это слишком поздно, отношения перестали дарить радость довольно быстро, но рыцарское чувство долга заставляло его оставаться в этих отношениях, которые потихоньку шли на дно. Я понимала это всё, поэтому старалась не влезать, но отлично видела, что у него ко мне чувства. Стало хуже, когда они начали появляться у меня.
Сначала это была просто симпатия в ответ на его симпатию. Потом мы начали переписываться ночами на разные, понятные каждому, кто был влюблен, глубокие темы. Потом, перед совместным отъездом в Питер, мы просидели до глубокой ночи вдвоем в кафе. Поездка в Питер выдалась максимально странной: там были я, Кир, Ира и друг Кири. Позже Кирилл скажет, что Ира и друг были там лишними. Все это постепенно закручивало нас, и мне было дико неловко, стыдно, хотелось задушить себя, потому что я не могла отказаться от этого чувства. Раньше, когда возникали подобные ситуации, могла, но теперь - нет. Не сейчас. Ира была моей приятельницей, и от этого хотелось удавиться. После приезда домой я поклялась себе уйти на дистанцию, не лезть ни в коем случае больше в это всё и убить в себе чувства всеми силами. Ира начала советоваться со мной по поводу их отношений, видя, что я дружу с Кириллом. Я пыталась приободрить её, давала ей советы, осознавая, как бы я сама вела отношения с ним. Ира следовала им. Она серьезно влюбилась. Я понимала, что моему сердечку придется съежиться и заткнуться, и всё бы ничего, если бы в один из сентябрьских вечеров Кирилл, узнав, что моя мама уехала на выходные, не сказал: "Я вообще думал взять вина и с тобой посидеть у тебя."
Продолжение следует.