Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Sputnitsya Bezmolvya

Зарок Богу. Баба Нюра. Часть 15.

Аглая развернулась на истошный крик сзади и увидела, как Захар и тот чёрный человек топят Феодору в ведре. Захар её держит, а страшная сущность окунает голову сестры в ведро так, что та уже потеряла сознание. И оба радостно скалятся... Когда сущность достала из ведра за волосы голову Феодоры - выражение выпученных глаз на её синем лице было безумным и она тоже улыбалась... Тут закричала от страха всего увиденного закричала со всех сил Аглая. Она бросилась от них бежать куда глаза глядят, чувствуя, что все трое бегут за ней и кто-то уже хватает за плечо, настигая. Аглая последний раз дёрнула плечом, чтобы вырваться, и проснулась. Первое, что она услышала, открыв глаза - такой же истошный крик за печкой, на которой она спала. Там шла какая-то борьба и возня, кто-то вырывался и низким голосом угрожал: -Пусти меня, я тебе сказала! Пусти, а то глаза расцарапаю! Старуха пыталась кусаться и при всяком удобном случае бросалась на Архелаю, насколько хватало длины верёвки. Монахиня проводила чи

Аглая развернулась на истошный крик сзади и увидела, как Захар и тот чёрный человек топят Феодору в ведре. Захар её держит, а страшная сущность окунает голову сестры в ведро так, что та уже потеряла сознание. И оба радостно скалятся...

Когда сущность достала из ведра за волосы голову Феодоры - выражение выпученных глаз на её синем лице было безумным и она тоже улыбалась...

Тут закричала от страха всего увиденного закричала со всех сил Аглая. Она бросилась от них бежать куда глаза глядят, чувствуя, что все трое бегут за ней и кто-то уже хватает за плечо, настигая. Аглая последний раз дёрнула плечом, чтобы вырваться, и проснулась.

Первое, что она услышала, открыв глаза - такой же истошный крик за печкой, на которой она спала. Там шла какая-то борьба и возня, кто-то вырывался и низким голосом угрожал:

-Пусти меня, я тебе сказала! Пусти, а то глаза расцарапаю!

Старуха пыталась кусаться и при всяком удобном случае бросалась на Архелаю, насколько хватало длины верёвки. Монахиня проводила чин отчитки, стоя чуть поодаль от рассвирепевшей бабушки, молясь и осеняя её периодически крестом, а так же кропя святой водой. На всякое окропление бабуля корчилась, шипела, злилась и крыла монахиню матом.

-Я тебя, окаянную! Ты у меня! Убери руки! Пошла прочь! Уууууу! - выла старая женщина, загнувшись пополам как только Архелая изловчилась и смогла коснуться большим крестом её головы.

-Без ножа режешь! - вопила и плакала бабуля, - Загублю я тебя, загублю! Отпусти меня! Сволочь!

Вдруг тело бабушки обмякло и она, потеряв сознание, осела и свалилась на сено под лавку. Аглая смотрела на всё это и не понимала, жива ли бабушка. Архелая отвернулась и продолжала стоя молиться. Аглая слезла с печи и подошла к старушке. Когда она наклонилась над ней, чтобы убедиться,что та жива - бабушка резко раскрыл глаза и вцепилась в женщину.

-Что, помощница заявилась? - хохотала рогатая старушка, - Помогать любишь? А хочешь, я из бабки выйду и в тебя войду?

Аглая пыталась освободиться от захвата цепких старушечьих рук и отворачивала от неё лицо, так как бабка смотрела прямо ей в глаза.

-А хочешь, помощница, я в племянницу твою войду? - кричал злой дух, мучающий бабу Нюру, - Нас там много у неё. Мы ей скоро убьём.

При этих словах Аглая с силой схватил руки бабки и отодрала от своей одежды, освободившись от неё. Бабушка же захохотала и перед тем, как отключиться, но напоследок зловеще произнесла, хитро глядя на Аглаю:

-Ну всё... Иду к Настьке!

Баба Нюра рухнула под лавку без чувств, а Аглая стала растерянно озираться по сторонам. Она испугалась за племянницу и хотела найти защиты у монахини, но та продолжала стоять и молиться. Аглая в ужасе от своего сна и всего, творившегося вокруг неё, снова залезла на печку. Но уснуть она уже не могла. Её трясло от страха, зубы стучали. Она только сейчас поняла, в какую беду попала Настя и как таких людей мучают бесы. Они хотят их погубить, чтобы люди следом отправились в ад, и ищут для этого любую возможность.

Бабушка больше не кричала. Аглая лежала на печи и только повторяла:

"Господи, спаси и помилуй..." Её было очень страшно и плохо, но уйти из этого дома и из этих жизненных обстоятельств, чтобы кончился кошмар, она не могла. Ей надлежало терпеть и бороться ради их семьи. Лишь под утро снова забылась Аглая тяжёлым сном.

Проснувшись, первым делом она убедилась, что бабушка жива. Баба Нюра сидела на лавке и уминала пирожок. С виду она ничем не напоминала вчерашнюю одержимую бестию. Вполне миловидная бабуля. Аглае захотелось даже поздороваться. Она сказала:

-Кушаете, бабушка?

Баба Нюра утвердительно мотнула головой, с трудом проглотив большой кусок плохо разжёванного пирога. Глаза её как будто посветлели. В них не было уже той злобы и тьмы. Но рожки всё ещё контурировали, прикрытые платком.

В дом с ведром ключевой воды вошла Архелая. Буднично, как будто ничего ночью не происходило, она зачерпнула в кружку воды из святого источника и протянула бабушке.

-На, пей... - сказала она, внимательно вглядываясь ей в лицо.

Бабушка взяла протянутую кружку и стала делать глотки.

-Чудо... - смогла только вымолвить, не сдержавшись, изумлённая происходящим Аглая. Ей с трудом верилось. Она не узнавала вчерашнюю бесноватую бабушку.

-Да, чудо Божие,- согласилась Архелая, беря обратно кружку из рук бабули. - Ты бы тоже поела, Аглая. Тебе ещё в дорогу. - сказала монахиня, посмотрев на гостью. Аглая не выдержала и рассказала ей свой сегодняшний сон.

-Крутят, крутят они сестру твою. Я же говорю: не молится она. Вот сейчас дочь её в беде, а ведь следом - её черёд...

Аглая совсем поникла. Монахиня, видя, что она очень удручена происходящим, принесла ей откуда-то лесных шишек и на дорогу благословила:

-Ты их рассыпь по дому, во всех комнатах. Тогда всем, кто захочет к тебе домой со злом прийти - плохо станет. А ты сразу про человека всё поймёшь, духом угадаешь его намерения.

Подарков и еды ни у кого пока не бери. Всё чужое - крести. Почаще молись внутри себя, призывай Имя Божие. И Господь просвятит тебя , многое ты поймёшь и увидишь.

И помни: в своём роду ты та, на которую последняя надежда. Не только у живых, но и у мёртвых...

Аглая не поняла эти слова, но не стала переспрашивать. Монахиня её благословила на обратный путь, и женщина пошла...

-2

-