- Божья коровка, полети на небо…
Маленькая букашка яркой капелькой алела на Валиной ладошке и никак не хотела улетать к деткам.
Земля ещё дышала зимой, но небо уже набирало весеннюю синь.
И солнце. Ослепительное солнце. Валя перевела взгляд на свои руки. Господи! Мозоли, ссадины, царапины. Её пальцы, для которых самой грубой работой было натянуть и настроить скрипичные струны, уже столько месяцев скручивают неподатливые провода кабеля полевой связи. Теперь её тонкие пальцы не шопеновскими вальсами радуют слушателей, а спасают тысячи людей. Солдат. Командиров. Командующих. Без связи на войне захлебнутся атаки.
Без связи оглохнут штабы. Связь-нерв войны. Валя каждый день спасала эти нервы, соединяя разорванные осколками провода. В грязи, во льду, в болоте. В грохоте взрывов. Комьях земли. Криках, стонах, боли.
Но сейчас тёплый ветер, ласково касаясь лица, уносил запах дыма и копоти ночного боя, даря мгновения мирной жизни. Она забыла, что надо сразу же покинуть место восстановленной связи. Что где-то рядом её выслеживают недремлющие снайперы. И упорно продолжала уговаривать божью коровку улететь на небо, по-детски недоумевая, как она вообще оказалась здесь - на этом промёрзшем, изуродованном бесчисленными взрывами, поле.
***
"Ненормальная девчонка! Что ты лежишь? Ну обеспечила связь -
беги, ползи, удирай! Ведь лежишь здесь, как на ладони."
Леон с досадой наблюдал за ней через оптический прицел. Он честно выполнял свою работу. Работу снайпера, на прикладе винтовки которого было более ста зарубок. Уже трое связистов положили жизни на этом участке. И вот сейчас он, словно загипнотизированный, смотрит в холодный глазок прицела, на эту хрупкую фигурку и видит... маленькую Клару. Смешливая, с золотистыми кудряшками волос, младшая сестрёнка так любила звонко хлопнуть своей пухлой ладошкой по его крепкой мужской ладони. Каждое утро они совершали этот шутливый ритуал, когда семья собиралась к завтраку за столом, накрытым белоснежной скатертью. Как недавно это было. И как давно.
Оптика до мелочей передавала черточки девичьего лица. Глаза… Ресницы… Прядь русых волос, выбившихся из-под каски…. Но почему же, почему она так надолго застыла на этой мерзлой земле?!
Глаз давно выбрал цель. Палец привычно коснулся спускового крючка.
***
Солнечный зайчик скользнул по глазам и мгновенно исчез.
Стеклышко, - автоматически отметила про себя Валя и окинула взглядом землю перед собой. И тут же инстинктивно вжалась в неё. Ослепительная вспышка вернула её в действительность. Она вдруг опомнилась, понимая, что непростительно долго задержалась на одном месте. В поле. Как на ладони. Как божья коровка. Только вот малую букашку она отпускает в небо, а сама остаётся здесь, на поле боя такой большой и удобной мишенью.
Валя вдруг почувствовала, как накрывает её гнетущая туча ужаса, и в тот же миг услышала резкий металлический звук. Сзади. Словно над спиной пролетела смерть.
***
Леон напряженно всматривался в окуляр прицела. Как же согнать девчонку с рокового места? Выглянувшее солнце дало подсказку. Линзой прицела он направил солнечный луч прямо в лицо юной связистке. Она уткнулась лицом в землю, но с места не сдвинулась. Леон начал злиться. На себя, что малодушничает. На неё, что она так легкомысленно устроилась перед снайпером. А у него не хватает фантазии согнать ее оттуда.
Он всегда блестяще выполнял свою работу, никогда не задумываясь, КТО перед ним. На войне воюют. По ту сторону - враг. И его надо уничтожить. Но эта девчонка… Он не мог понять, откуда это беспокойство, тревога за вражескую связистку в нелепой шинели... Но раздумывать некогда.
Задержав дыхание, вновь коснулся курка. Прозвучал выстрел. Фигурка скатилась в воронку. Леон облегченно выдохнул.
***
Наконец божья коровка беззвучно взмахнула крылышками и взлетела.
И в тот же миг раздался выстрел. За спиной что-то звякнуло, словно совсем рядом чиркнули металлом о металл. Выстрел вырвал её из оцепенения, бросил в оглушающий грохот войны, вернул сознание опасности и вызвал чувство недоумения собственному легкомыслию.
Опираясь на винтовку, Валя ловко выбралась из воронки. Сначала ползком, потом короткими перебежками добралась до штаба.
Шатаясь от усталости и только что пережитой опасности, она жадно припала к спасительной кружке с водой.
- Под бомбежку попала?
- Осколком задело?
Валю обступили боевые подруги. Они взволнованно смотрели на девушку.
-С чего вы это взяли? - устало спросила она.
-У тебя хлястик срезан.
Валя вспомнила металлический звук за спиной и чувство опасности, накрывшее её леденящей волной. Не веря собственной догадке, спросила:
-Может быть, оторвался?
-Так опалина здесь, и запах палёного.
Калейдоскопом пронеслось в памяти: разорванные провода, мёрзлая земля, неожиданно упавшая с неба божья коровка, ослепивший глаза солнечный зайчик, который она приняла за блеск стеклянного осколка.
Валя поняла! Невероятно, но она столько времени находилась на линии огня, а враг, охотник за связистами, упорно пытался прогнать... её с поля. Чтобы спасти?! Испугать лучом от прицела не получилось. Тогда он выбрал рискованный и, как оказалось, единственно действенный способ: он срезал пуговицу с хлястика её шинели.
И ещё она поняла, что никогда не узнает истинную причину поступка человека, подарившего ей жизнь.
(Галина ПРЕТОРИУС)