На первый взгляд, это обычный дом, каких много в Петербурге. Снаружи ничем не выделяется среди других. А вот внутри...
Савва Яковлевич Яковлев (на самом деле Собакин) был человеком хитрым, тщеславным, своенравным. Отличался страстью к наживе и не чурался при этом не совсем честных способов. В народе его называли «Собака» и говорили: «Этот своего не упустит».
Однако моральные качества Яковлева-Собакина нас мало интересуют. Сегодня о другом. Был он невероятно богатым человеком, купцом 1-й гильдии. Один из многих его земельных участков в Петербурге имел вот такие границы: Фонтанка, Гороховая улица, Садовая улица и Забалканский (сегодня Московский) проспект.
После смерти основателя династии его наследники устроили, как это часто бывает, целую борьбу за наследство. Говорят, составляло оно 7 млн. Имущественные споры длились долго, тяжбы не прекращались, и империя Яковлева — железоделательные заводы, ткацкие и полотняные фабрики, питейный и торговый бизнес — постепенно распалась.
Одному из внуков достался в числе прочего участок земли и деревянный дом на набережной Фонтанки у Семеновского моста. В конце XVIII века на пересечении набережной Фонтанки и Гороховой улицы появилось два дома. Один — трехэтажный, выходящий фасадом на Фонтанку, был украшен восьмиколонным портиком. Второй, со стороны Гороховой — обычный рядовой жилой дом.
Первоначально здания стояли рядом с небольшим промежутком, позже их соединили в одно. Нам ничего не известно ни о первом архитекторе, ни о предназначении ротонды в угловой части — круглого вестибюля с шестью колоннами.
Считается, что здесь был парадный вход со стороны Фонтанки, а ротонда служила переходом из одного здания в другое. Хотя вариантов много, и они разные.
В середине XIX века для коллежского асессора Павла Николаевича Яковлева, представителя уже четвертого поколения, архитектор Евгений Ферри де Пиньи устраивает в ротонде чугунную витую лестницу.
Вход на нее ведет со двора.
Так здание получило особую примету и стало эксклюзивным. Но прославилось не только этим.
Известно, что в XIX веке здесь держал танцкласс — место, где танцевали и учили танцевать — господин Казимир Марцинкевич. Заведение было известно своими скандалами. Случались они так часто, что жители шутили: «Если на Фонтанке подерутся два извозчика, то в газетах напишут, что они подрались не просто на Фонтанке, а напротив знаменитых Марцинок».
Конечно, дрались не в танцклассе)) Все дело в том, что в здании были и многочисленные питейные заведения: трактир, портерная и ренсковый погреб (место, где продавали крепкие напитки навынос).
Владелец не смог справиться со скандальной славой, заведение продал и некоторое время там располагалось варьете.
После революции вышло распоряжение о закрытии домовых церквей, одна из которых была в доме напротив и принадлежала Егерскому полку. Ее-то и приютила на время ротонда.
Увеселительные заведения в доме после 1917 года исчезли, и он стал обычным, жилым, с коммунальными квартирами. Они и сегодня там есть — две из шести. Но жильцам трудно завидовать. Ротонда всегда привлекала любителей мистики: и вход здесь в другое измерение, и духи по ночам, и лестница в никуда...
В 1970-е в ротонде стали собираться «неформалы». Притягивала их не столько специфическая слава места, сколько великолепная акустика. Тогда все стены были исписаны желаниями, разными глубокомысленными изречениями...
Сегодня писать на стенах незачем, для этого существует специальная книга.
А в ротонду можно просто зайти — посмотреть на место с интересной историей, посмотреть фотографии разных лет, подняться наверх, полюбоваться на чудом сохранившуюся чугунную лестницу, хотя и покрашенную зачем-то в непонятный цвет (коммунальщики постарались).
При этом стоит помнить, что это жилой дом, и уважать покой тех людей, которые нас туда пускают.