Сегодня мне пришлось столкнуться с тем, что всероссийский Кодекс об административных правонарушениях в провинциях понимают иначе, нежели в Москве.
В принципе, я сталкивался с этим и раньше, но было это в далекой Мурманской области, и довольно давно – 20 лет назад. С тех пор я никуда «на гастроли» не ездил. А сейчас вот пришлось.
Один мой дальний родственник, Дима, проживающий в соседней с Московской областью, попал в неприятную ситуацию. Типичную, впрочем, для людей его возраста.
Они встретили его в полночь
Как-то ночью он со своей девушкой возвращался на машине домой. Ему на хвост сели гаишники, включив люстру и цветомузыку, вынуждая остановиться. Он остановился. В машине ДПС было два лейтенанта – старший и младший. Оба чуть старше Димы. Старший вышел из патрульной машины и, подойдя к водителю, заявил, что направляет его на медицинское освидетельствование (МО) для выявления наркотиков. Продуться на месте он даже не предложил.
На вопрос водителя, какие у инспектора есть основания для направления на МО, старлей ответил, что видел его в такой-то деревне, когда он делал закладку с нарковеществом.
Оставим в стороне вопрос, с каких пор гаишники взяли на себя функции наркоконтроля. Тут больше интересен вопрос, почему он не задержал закладчика, если видел его в момент совершения тяжкого преступления.
В названной деревне Дмитрий никогда не был. К наркоте отношения не имеет, не пьет и даже не курит. Он понял, что попал на обычных разводил в погонах. И решил, что на якобы медицинском освидетельствовании ему могут устроить какую-нибудь ловушку. Тогда он заявил, что не поедет с ними на МО.
Гаишники этому очень обрадовались и сказали, что это надо зафиксировать документально. Составили протоколы – об отстранении от управления, о направлении на МО и об административном правонарушении за отказ от МО. Дмитрий, как гордый джигит на вершине Кавказа, ничего подписывать не стал.
На гаишники тоже оказались не лыком шиты, процесс его отказа записали на видео. Затем машину нарушителя отправили на штрафстоянку, а его самого отпустили восвояси.
Но это было только начало. Вскоре ему пришла повестка из суда. И тогда его родители обратились ко мне.
Не видели видео? А зря!
Первое и главное, что следует делать перед судебным заседанием – это ознакомиться с материалами дела. Копии протоколов гаишники прислали Диме по почте, так что с ними я уже был знаком. Но в деле есть и другие документы, надо и их изучить. Больше всего меня интересовали видеозаписи, сделанные гаишниками, поскольку это единственные доказательства его вины.
Я специально приехал в город, где происходили описанные события, вчера. Сегодня утром мы встретились с Димой у входа в судебный участок и попытались пройти. Но нас не пустили судебные приставы, несущие охрану судебного учреждения: надо, мол, звонить и договариваться заранее – вам назначат время. Такой подход меня удивил. То есть, я должен прийти не когда мне удобно, а когда удобно аппарату суда. Ладно, звоню, излагаю ситуацию – а в ответ слышу то же самое. И что заявление рассматривается в течение трех дней.
Поясняю, что я не местный, а через три дня уже пройдет суд, и в знакомстве с делом не будет надобности. Кажется, на той стороне провода меня услышали, велели заявление все же написать, и сейчас к нам спустится работник аппарата мирового судьи.
Заявление от имени «подсудимого» я быстро написал, особо подчеркнув, что хочу сделать копии видеозаписи. Флешка у меня была с собой.
Вскоре пришла сотрудница аппарата судьи и провела Диму с собой. Меня не пустили, т.к. доверенности не было, а ходатайство о допуске меня защитником Дима заявит только на заседании.
Когда он вышел (опять в сопровождении сотрудницы) мой первый вопрос был насчет видео. Оказалось, не сделали. И не сделают, сказала сотрудница. Его вообще нельзя смотреть до судебного заседания.
Вот это да!
А как же право привлекаемого лица знать, что на него «нарыли»? Надо ведь подготовиться к защите, а для этого нужно быть в курсе того, чем сторона обвинения собирается размахивать в суде. Исходя из этого и следует строить линию защиты – как самому нарушителю, так и мне, его защитнику.
В моей практике был похожий случай, когда удалось после тщательного анализа видеозаписи построить так защиту, что в итоге получилось не просто переквалифицировать лишенческую статью в нелишенческую, а вообще закрыть дело.
Здесь же, вопреки нормам КоАПа, такой возможности не дают. И при этом сотрудница канцелярия еще рассказывает сказки про то, что такая норма якобы имеется в Кодексе. Назвать статью она, естественно, отказалась.
В общем, суд уже послезавтра, а видео мы пока еще не видели. Если постановление будет вынесено не в пользу Димы придется этот факт изложить в апелляционной жалобе – как нарушающий права привлекаемого лица.
UPD: итоги судебного заседания здесь.