Тридцатилетней войной традиционно называют доселе небывалых масштабов вооруженный конфликт, происходивший с 1618 по 1648 г. преимущественно на территории Священной Римской Империи, и так или иначе затронувший едва ли не все государства тогдашней Европы.
Предыстория конфликта
Причины войны были сложны и многочисленны - можно сказать, Европа шла к ней весь предыдущий век. Во-первых, религия: Реформация в начале XVI в. спровоцировала новый раскол церкви и череду религиозных войн. Подписанный в 1555 г. Аугсбургский религиозный мир устанавливал принцип "чья власть, того и вера" (т.е. официальную конфессию в княжестве определял его правитель), но например на кальвинизм это не распространялось. И Тридцатилетняя началась именно как очередная религиозная.
Были, разумеется, и вполне политические причины: к XVII в. всю Европу трясло от мысли о династии Габсбургов. Две ветви этой династии (испанская и австрийская) уже владели Испанией, Португалией, частью Нидерландов и Италии, короной Священной Римской Империи, Хорватией, Венгрией и Богемией. А также обширными колониями в Новом Свете. И соседей их амбиции не на шутку пугали, а возможность что-то у них отнять не стал бы упускать никто. А те же Нидерланды уже не один десяток лет воевали с Испанией за свою независимость. К тому же, Габсбурги являлись католиками, а на их землях проживало огромное количество протестантов.
В общем, для начала всеобщего побоища нужна была только небольшая искра, И ей стали некрасивые события в Чехии. Германскому императору Матвею пришло в голову назначить на чешский престол своего племянника Фердинанда Штирийского - фанатичного католика. А чешский король - один из семи курфюрстов - князей-выборщиков, которые императора избирали. Когда Матвей (уже скоро) помрет, племянник подаст голос за самого себя, а три курфюрста-католика тоже проголосуют за него. Ну и четыре против трех - победа на выборах. А попади чешская корона кому-то другому? Кто знает, чем кончатся выборы? Вот только в Чехии еще со времен Гуситских войн большинство населения - протестанты. И Фердинанда они, разумеется, видеть не желают. В знак протеста гуситы взяли, и 23 мая 1618 г. выкинули в окно имперских наместников. В ответ Штирийский двинул на мятежников имперскую же армию.
Чешско-пфальцский период (1618 - 1624)
Когда походом на Богемию отправилась пятнадцатитысячная армия императора, чехи быстро поняли, что дело плохо и пригласили на свой трон пфальцского курфюрста-протестанта Фридриха V, рассчитывая, что тот поможет им отбиться. Поначалу бои шли с переменным успехом, но вот 20 марта 1619 г. умирает Матвей, Фердинанд коронуется как Фердинанд II и предлагает Фридриху немедленно убираться из Чехии. А за австрийскими Габсбургами стоят еще и испанские. А Испании этот враждебный Пфальц как кость в горле - именно через него из Италии шла т.н. "Испанская дорога", по которой испанские части традиционно добирались на войну с мятежными Нидерландами. И вот уже на Фридриха медленно катится каток доселе непобедимых испанских терций. А из Речи Посполитой прибыли лисовчики - настолько отмороженные легкие кавалеристы, что на германскую войну их послали только, чтоб больше не видеть. В общем, градус неадеквата вокруг этой небольшой внутриимперской разборки неуклонно возрастал.
После того, как фактическое командование имперской армией перешло к графу фон Тилли, началось решительное наступление на Прагу. Навстречу Тилли было брошено все, что в тот момент оставалось у протестантов. Противники встретились 8 ноября 1620 г. у Белой Горы. Силы были примерно равны, но если Тилли с товарищи предпочитали строиться проверенными временем терциями по испанскому образцу, то защитники Праги решили применить более гибкий голландский строй из небольших подразделений. Но не учли, что солдаты такому боевому порядку просто не обучены. В итоге, несмотря на успехи на отдельных участках фронта, большая часть протестантских баталий была разбита по отдельности. Вслед за тем католики подвергли Прагу недельному разграблению, после которого деморализованным чехам было дано три дня на переход в правильную конфессию. С тех пор Чехия до самой Первой мировой оставалась в составе габсбургской монархии. А католицизм там до сих пор самая популярная религия. Сам горе-король Фридрих едва унес ноги.
Устранив препятствие, испанцы таки добрались в Нидерланды для продолжения своей бесконечной войны. Имперцы тем временем вовсю оккупировали Пфальц, который отныне был передан баварскому герцогу Максимилиану. В итоге к осени 1623 г. все антигабсбургские элементы в Германии были разбиты или подавлены. Казалось, победа за императором, но... со всех сторон на эту милую драку смотрели соседи. И никому из них не понравилась перспективка усиления этой династии-химеры. И вот 10 июня 1624 г. Франция и Нидерланды заключают для борьбы с Габсбургами коалицию, в которую тут же входят еще Англия, Швеция и Дания.
Датский период (1625 - 1629)
В этот момент в войну ввязывается лютеранская Дания, которую страшно нервировало, что католические имперские войска уже отираются у ее границ. Силы у Фердинанда уже были на исходе - денег в казне не наблюдалось, а испанцы ушли во Фландрию. И вот тут на сцене появляется герцог Альбрехт фон Валленштайн. Герцог предложил императору за свой счет набрать солдат, а для их содержания применить очень простую схему, которую теперь зовут "Правило Валленштайна": отменить жалование войскам, но узаконить грабеж захваченных территорий. А там - чем больше армия, тем больше награбленного. "Война кормит войну", короче. Взамен Валленштайн назначался главнокомандующим имперскими силами.
В итоге при генералиссимусе Валленштайне новая имперская армия очень быстро выросла, а вот у датского короля Кристиана IV дела сразу не задались: из всех протестантских вождей, кто еще был согласен его поддерживать, ни один не добился значимого успеха. Сам Кристиан в конце августа наконец встретился с Тилли у деревни Луттер, где его солдаты выдержали три атаки, но затем запаниковали и разбежались. Вслед за этим "валленштайнова саранча" принялась безудержно грабить все союзные Дании земли. Остановилось наступление только с выходом к морю - Копенгаген спасло лишь отсутствие у германцев флота. Размародерив все, что только можно (и ни копейки не тратя на содержание армии), скупив за бесценок кучу бесхозных земель, Валленштайн сделался буквально самым богатым человеком в Священной Римской Империи (ему еще и титул имперского князя достался!). Все это вызывало зависть и ненависть у огромного количества народу среди германской знати. Но покуда Валленштайн стабильно побеждал, герцогу позволялось творить все, что ему вздумается.
Опьяненный успехами Фердинанд издал в марте 1629 г. Эдикт о реституции, по которому кальвинизм запрещался в принципе, а католической церкви возвращалось все, что у нее отобрали аж с 1552 г.! И плевать, что за столько лет многие земли были по два-три раза перепроданы, и их нынешние владельцы (добрые католики, например) их честно купили, ни у кого ниче не отжимая. В общем, Габсбурги нажили себе новых врагов на пустом месте.
Шведский период (1630 - 1635)
Тем временем Фердинанд II еще и пожелал прижизненно назначить себе преемника. Созвал князей в Регенсбурге, а рядом расположил все того же Альбрехта фон Валленштайна с войском. Чтоб курфюрстам лучше думалось. Ну тут уже взбесились и протестантские, и католические князья, и папа римский, и даже Франция. А крайним оказался Валленштайн, которого пришлось отправить в отставку просто чтоб задобрить недовольных. Только никто не учел, что кормились солдаты исключительно грабежом, а в его отсутствие - прямо из валленштайнова кармана. А ведь к германским берегам уже шли корабли Густава II Адольфа, короля Швеции, несущие на борту одну из сильнейших армий мира. Накануне вторжения в Померанию хитрый король издал манифест на пяти языках о том, что он будет поддерживать вообще всех протестантов, независимо от их деноминации. С учетом того, что (поначалу) шведы еще и не занимались грабежами, это привлекло на их сторону массу германских союзников.
Весной 1631 г. уже изрядно постаревший фельдмаршал фон Тилли на пару с графом цу Паппенхаймом осадил крупнейший военный центр протестантов Магдебург. А шведская монархия, пользуясь осадной заминкой католиков, двинулась вглубь Империи. Видя такой расклад, Фердинанд II срочно потребовал осаду снимать и идти на защиту Австрии. Но именно за счет магдебургских трофеев Паппенхайм предполагал поправить катастрофическую ситуацию с припасами. Он убедил Тилли просто штурмануть город, как будто они ничего не читали. И уже потом идти в Австрию. И 20 мая городские ворота взлетели на воздух. И вот тут вместо нормального штурма случилось нечто совсем дикое: солдаты как с цепи сорвались и устроили в городе такую резню, что целых две недели телеги вывозили трупы, которые затем сбрасывали в Эльбу. Плюс, Магдебург неожиданно загорелся. Из тридцати пяти тысяч жителей, уцелело около пяти тысяч. Узрев, ЧТО католики творят на своей же земле, почти все протестанты, кто еще сомневался в необходимости помогать Густаву Адольфу, срочно стали заключать с ним союзные договоры.
Старик же Тилли сделал хорошую мину и направился в Саксонию, надеясь принудить местного курфюрста к поддержке императора. Однако едва завидев "магдебургского мясника", курфюрст тут же принялся звать на помощь Густава Адольфа. Хотя его армия была невелика, но Густав только что провел военную реформу: его солдаты обладали куда более высокими дисциплиной и мотивацией и лучшей выучкой. 17 сентября объединенное шведско-саксонское войско нагнало Тилли у Брейтенфельда. Результатом упорного боя стал полный разгром католиков. Израненный фельдмаршал отступил в Баварию, а никем не сдерживаемый Лев Севера внаглую пошел через германские земли. Весной следующего года положение стало совсем отчаянным для императора: получалось, что помощи ждать неоткуда, и единственный человек, способный выручить Империю... все тот же Альбрехт фон Валленштайн, сидящий у себя во Фридланде в отставке. Немного поломавшись, герцог наконец согласился вернуться на службу. Выторговав себе, конечно, всевозможные преференции.
И вот осенью 1632 г. новое войско Валленштайна двинулось на Саксонию, собираясь выбить из курфюрстовой головы глупости про союз со шведами. А заодно и перезимовать, не тратя ресурсы владений Габсбургов. Шведский король занял было выжидательную позицию, но когда до него дошли сведения, что корпус графа Паппенхайма был отделен от основной католической армии, Густав Адольф счел, что это его шанс, и кинулся догонять имперцев, желая навязать им генеральное сражение. К утру 16 ноября германская армия как могла окопалась для обороны возле Лютцена. Король попытался сходу опрокинуть ее общей атакой. И у него это почти получилось, но к полудню на поле прискакали кирасиры Готтфрида Паппенхайма, резко выравняв баланс сил. За этим последовала такая мясорубка, что к вечеру были убиты либо ранены практически все командиры с обеих сторон. Включая и Густава Адольфа.
Но битва продолжалась до самой темноты, под прикрытием которой Валленштайн все же отступил.
С гибелью Северного Льва в стане протестантов начался бардак - полководцы принялись соперничать, солдаты терять дисциплину. С другой стороны, генералиссимус Валленштайн тоже доигрался после того как сдуру потребовал от всех своих офицеров присяги лично ему. В Вене таких фокусов не оценили, объявили героя мятежником, и в ночь 25 февраля 1634 г. герцога убила его собственная охрана. Новым командующим назначался эрцгерцог Фердинанд - сын императора. А тут как раз по испанской дороге прикатилась очередная порция настоящих испанских терций, с которыми эрцгерцогу удалось той же осенью разбить шведов при Нёрдлингине.
Франко-шведский период (1635 - 1648)
Казалось, что победа Габсбургов уже не за горами, однако весной 1635 г. в войну наконец официально вступает католическая Франция... не желающая усиления католиков-Габсбургов. В этой ситуации 30 мая 1635 г. князья всех конфессий подписывают с императором мир и соединяют свои силы в единую имперскую армию. А 15 февраля 1637 г. Фердинанд II наконец умирает, оставляя сыну Фердинанду III идущие с переменным успехом боевые действия: битвы сменялись битвами, армии наступали и отходили, крепости осаждались, но никому не удавалось добиться решающего преимущества. Объяснялось это крайней степенью истощения всех сторон. Особенно Империи, чья разоренная, наполненная трупами и мародерами территория превратилась в небольшой филиал ада на земле, в котором даже вести боевые действия было крайне тяжело.
Так продолжалось до 1643 г. когда вице-король Испанских Нидерландов дон Франсиско де Мело двинул свои терции прямо во французскую землю и 15 мая осадил небольшую крепость Рокруа в Арденнах. А за Рокруа - прямая дорога на столицу. В спешке навстречу де Мело выдвинулся молодой герцог Энгиенский. Он не стал колебаться и вечером 18-го числа уже стоял под Рокруа. Последовавшая битва продолжалась с рассвета и примерно до десяти утра, когда стало ясно, что из-за критического провала на правом фланге, приведшего к окружению, испанцы сражение проиграли. И... и ничего. Война не остановилась - по всей Европе люди увлеченно продолжали из последних сил вышибать друг другу последние же мозги. Датчане вонзались со Швецией, баварцы рубились с французами, гессенцы с баварцами и друг с другом, бои снова велись прямо в Праге... Понимая, что это полное безумие, стороны еще в 1644 г. начали мирные переговоры в вестфальских городах Мюнстер и Оснабрюк. Спустя четыре года препирательств 24 октября 1648 г. все-таки удалось прийти к соглашению.
Итоги
Итак, по условиям Вестфальского мира Франции отходил ряд пограничных с Империей владений, включая Эльзас, а Швеция сохраняла захваченные земли на побережье, происходили некоторые территориальные перестановки между германскими княжествами. Соединённые провинции и Швейцария наконец-то становились независимыми государствами. Официально признавался кальвинизм. По сути, австрийским Габсбургам пришлось смириться с ограблением соседями, чтобы наконец получить мир.
Людские потери были огромны. По Рейху в целом полегло до 45% населения, а местами и больше, страшно пострадала экономика. Как считается, от последствий этой пляски смерти Европа оправилась еще только через сто лет. С другой стороны, Вестфальский мир открыл, по сути, новую эпоху: теперь политика уже куда меньше зависела от религии, на смену старым игрокам выходили новые, а установленный тем договором принцип государственного суверенитета применяется и по сей день. Тридцатилетняя война стала пиком популярности наемных войск, но она же и показала, что так больше воевать нельзя - наступает время линейной тактики и регулярных национальных армий. Мушкеты и полевая артиллерия наконец-то возобладали над ближним боем. Какая во всем этом мораль? Что Европа оказалась слишком мала, чтоб "война кормила войну".
Это был краткий рассказ - во всех подробностях про Тридцатилетнюю войну можно почитать по ссылке.
Либо можно на карту ВТБ: 5368 2902 5087 3082