– Борис Глебович, опаздываете! – для Серебрякова прибытие моего дяди, словно забавная шутка. Он сам его позвал? Для чего?
– Рина быстро иди ко мне, мы уходим! – не обращая внимания на Серебрякова, велит мне дядя. Он смотрит только на меня. Буравит голубыми глазами. Ждет что я испугаюсь и побегу к нему?
– Ну что же вы Борис Глебович, куда может невеста с собственной свадьбы деться? Мы ее еще как следует, не отпраздновали, – Игорь будто бы насмехается над моим дядей.
Дядя протягивает мне руку.
– Рина, пойдем, – он игнорирует слова Игоря.
Я прикусываю губу от напряжения. Что я должна сделать? Отказаться? Я не могу с ним пойти. Я слишком далеко зашла.
– Нет, – говорю так, чтобы дядя услышал.
– Что ты сказала? – дядя злится. Он смотрит на меня презрительным взглядом, а потом обращается к Игорю. – И что вы намереваетесь делать? Женишь своего брата на полоумной? Не жалко его?
– Невестка у меня вовсе не полоумная, – Игорь улыбается. – Даже парочка врачей это засвидетельствовала. Могу и документики показать, все от толковых и грамотных специалистов. А брат и сам решить может, что ему делать. Захотел вот – женится на твоей племяннице. Родней значит будем.
– Кхе, - дядя отворачивается от Игоря и вновь обращается ко мне, – Рина ты ведь хочешь увидеть сына? Собирайся, поедем к нему. Он ждет тебя.
Когда он упомянул сына, мое сердце дрогнуло, я почти сделала шаг вперед, но вспомнила действительность. Если вернусь к дяде, увидеть Дениса больше не смогу никогда. Внутри закипает злость.
– Только сначала заедем к Гумерову да? – не знаю, откуда взялась эта смелость во мне, но дядя, используя моего сына, разозлил меня. – Сделаем пару уколов?
Дядя смотрит на меня разгневанным взглядом.
– Дура! Думаешь ты сейчас в безопасности? Думаешь этим людям можно доверять? Они проглотят тебя, сама не заметишь. Прибежать обратно не сможешь.
– Но рядом с вами я тоже не в безопасности. Вы тоже попользовались мной и решили утилизировать. Так какая между вами разница?
– Я в последний раз предлагаю тебе, пойдешь со мной?
– Верните мне сына! Вы не имеете права лишать меня возможность видеть его.
– Я его опекун, а ты сумасшедшая мамаша, которая подвергает его опасности. Ты не будешь с ним видеться без моего согласия. Но если поедешь сейчас со мной, я пересмотрю свое решение.
– Я не сумасшедшая, – зло обращаюсь к дяде, а потом поворачиваюсь к регистратору и приказываю. – Продолжайте! Я хочу сейчас же выйти замуж!
Регистратор мнется, поглядывая то на меня, то на дядю, то на Игоря.
– Слышали, что сказала моя невеста, – Влад впервые за все это время заговорил, - продолжайте.
Регистратор нервно смотрит на людей перед ним и слегка заикаясь продолжает церемонию, хотя его никто и не слушает.
– А вы уважаемый Борис Глебович оставайтесь на свадебный обед, - Игорь продолжает потешаться над дядей. Но тот морщится и приказывает своим людям уходить.
– Ты еще пожалеешь Рина, – бросает он мне. Вначале я боялась, что эта свадьба превратится в побоище, но как не странно дядя не стал применять силу. Когда он ушел, в саду стало оживленнее. Мать Серебряковых возмущенно обратилась к сыну.
– Ты что его позвал на свадьбу? Ты совсем рехнулся?
– Хотел посмотреть на его возмущенную морду, - отмахнулся от матери Игорь.
– А если бы он здесь стрельбу начал?
– Я не дурак. В поселке полно полиции, почти на каждом углу стоят. Затей он побоище, его тут же схватили бы менты, – Игорь странный мужчина и опасный. Не понимаю, для чего он это сделал, но теперь дядя не поскупиться и сделает все, чтобы избавиться от Серебряковых. – Ну что молчим то? Продолжаем церемонию. Все наверняка уже выпить хотят!
Регистратор кивает и продолжает пафосную речь, а после этого спрашивает согласие каждой стороны. Влад отвечает твердо, а я на секунду мешкаюсь, смотрю на него и тоже говорю «да». Мы ставим подписи в акте, после чего нас тут же поздравляют и отдают Владу документы о регистрации брака. Теперь мы официально муж и жена. Пожалею ли я об этом, как говорил дядя? Может быть, но не сейчас. Пока что во мне горит надежда на воссоединение с сыном.