Реальные случаи армейской службы.
Место: г. Уфа, школа младших авиационных специалистов (ШМАС), июнь 1986.
По просьбе Петра С.
Первая неделя службы в рядах СА, ознаменовалась общим построением роты и назначением суточного наряда. Пока мы стояли по стойке смирно, сержанты неторопливо прохаживались вдоль строя и неспешно нас разглядывали. Изредка останавливаясь напротив кого-нибудь, слегка тыкая пальцем во вторую сверху пуговицу на кителе, задавали ленивый вопрос: «Фамилия?». Получив громкий ответ (а то как же — армия ведь), сержанты отыскивали громко произнесённую фамилию в слегка потрёпанном на углах журнале и после медлительной переглядки меж собой, говорили: «Пойдёшь...».
Выбор был небольшим. Назначили. Галочки поставили. Наконец, подали команду «Вольно». Затем ещё минут десять нам произносили команды, примерно в таком порядке: ровняйсь-отставить-ровняйсь-отставить-ровняйсь-смирно-вольно-разойдись-отставить-сторойся… разойдись.
Мы разбежались безумно топая ещё новыми сапогами.
Прапорщик (к большому сожалению не помню его имени, хотя внешность прекрасно отпечаталась в памяти), как раз в этот момент вышел из расположения казармы. Снял фуражку, которая была немного больше, чем требовал устав и стал заботливо протирать её носовым платком. Сержанты поднимались по ступеням на встречу ему. Дальше был лёгкий диалог: «Назначили — ага — и туда? — куда туда? — я вам говорил, что сегодня наша очередь! — ах, да-да, сейчас, назначим...». Я всё это слышал, так как поднимался позади них, чтоб зайти в расположение и попить воды. Тут они меня и окликнули, потянув за рукав и с усмешкой произнесли: «Пойдёшь в наряд по туалету!».
Туалет. Именно этот туалет предназначался для «тяжёлого». Для лёгкого был длиннющий писсуар в расположении роты. Этот же представлял собой помещение типа сарай, с кирпичными стенами и жестяной крышей. По сторонам стояли приспособления с красивым названием «Чаша Генуя». Но не только время их не пощадило и от былой красоты осталось лишь название. Они были разделены низенькими кирпичными перегородками. На каждой перегородке была прикреплена жестяная ёмкость, куда закладывалась препарированная газета. На выходе расположились два умывальника. Двери отсутствовали (может на летний период?).
После развода и получения штык-ножа, мне сказали, чтоб шел и принимал наряд. Сдающий уже ждал и переминался с ноги на ногу. Он быстро мне рассказал, что это за наряд.
Выходило одно, чтоб было чисто. А для этого, раз бачки к этим изделиям почти не работают, надо каждую чашу «напоить» водой, заодно смывая то, что обычно плохо смывается. Использованную газету собрать длинными деревянными щипцами, которую, потом надо было сжечь (конечно, в строго отведённом месте и под надзором специального шланга). Посыпать немного хлоркой, чтоб долго солдатам не сиделось, нарезать и разложить газету. Мыло, хлорку и газеты следовало взять у старшины роты (у того товарища прапорщика с большой фуражкой). Вот и всё.
Почему-то считалось, что этот наряд был каким-то негативным, но мне деваться было некуда. Я был назначен, значит обязан был исполнить всё, что предназначалось.
Приняв наряд. Оглядев ещё раз то место за которое я был в ответе целые сутки — направился в расположение.
Вечер я провёл чудесно. Слегка развалившись в курилке, наблюдал за строевой, в такт разучиваемой песни покачивая носком сапога… На вопросы проходящих мимо: «Какого… не на занятиях?!». Кратко отвечал: «А я в наряде» и демонстрировал штык-нож.
Ужин прошел на удивление спокойно. Я даже мог выбрать когда идти: или со всей ротой, или потом, с оставшимся нарядом. Второй вариант мне понравился больше…
После ужина, с улыбкой, с сигареткой, наблюдал как все бегают, маршируют, суетятся, а я, что, извините, я в наряде…
После отбоя и разумеется «полётов», которые так полюбили наши сержанты, и которые меня не касались, я отправился посмотреть, что собственно там произошло, за время моего отсутствия.
Практически ничего не изменилось... Потягиваясь и позёвывая, шел обратно, поглядывая на окна гражданских домов. Которые были вот, рядом через дорогу. Думал… Вспоминал… Фантазировал…
Умывшись, стал укладываться. Заснул мгновенно…
Команда «Подъём» выкинула мня из кровати и я, как и все начал судорожно одеваться и выбегать в шатающийся, не проснувшийся строй. Сержант увидев на мне штык-нож, схватил за ремень, вытянул из строя сообщив, что я в наряде и команда «Стройся» меня не касается. Пререкаться я не стал…
Пошёл приводить себя в порядок, после крепкого сна, под меня не касающиеся «полётные» команды сержантов «ОТБОЙ-ПОДЪЁМ».
Мне определённо нравился этот наряд. По сравнению с другими, которые стояли на пресловутой «тумбочке», натирали полы мастикой, с помощью «машки», или «дашки», или даже «манюни». Спали по четыре часа и то, если повезёт. Ровняли по нитке двухполосные одеяла и набивали уголки. Вот до сих пор не понимаю, как это могло отразится на боевой подготовке… А вот мой наряд — МОГ!…
Решил наведаться в моё «нарядное помещение» после завтрака.
Завтрак прошёл успешно. Вся рота отправилась на запланированные занятия. Наряд остался в расположении. Я же, пошёл в курилку — я же в наряде…
Прапорщик разбудил меня лёгким вскриком: «Какого… не на занятиях?!». Я снова ответил: «А я в наряде». «В каком? По роте я тебя не видел!»… Он предложил проверить. Пошли... Да, теперь тут царил бардак…
Принялся наводить порядок. Газетную нарезку собрал быстро и сжег. Пока сжигал обдумывал, как лучше чистить эти «ЧАШИ». Попробовал ведром - вода расплёскивалась и нормального результата не достигалось. Чуть согнул ведро, создал «носик», теперь получалось быстро и куда надо… Но с ведром особо не набегаешься… Шланг, точно, шланг, который охранял сжигание газет. Он крепился точно к такому же крану, которые находились в «нарядном помещении»… Вообщем, через сорок минут всё блестело как … (догадайтесь сами). А газету я ещё с вечера наготовил, на несколько нарядов вперёд... Но, чтоб уже не мелькать в курилке и не демонстрировать штык-нож, расположился сзади туалета и начал наслаждаться прекрасной погодой почти в полной мере… Чуть на обед не опоздал...
С сожалением понимал, что немного осталось солдатской «халявы» и я превращусь в такого же солдатика как и все…
Прошло несколько дней. Построение. Назначение нарядов. Я как в кино про «Шурика» - «Разрешите мне в наряд по туалету?». Сержанты вторили: «Да подожди ты...»… Затем спросили: «Фамилия?». Я назвался, они переглянулись. «Фамилия какая-то у тебя чудная… Пойдёшь дежурным по роте!»…
Это был единственный, самый халявный наряд в моей службе. С этих пор я почти всегда назначался дежурным по роте…