Позабылись события, происходящие летом на Шилке. Ребята больше не спорили с Ниной, но уважать стали больше. Парни, как и обычно собирались вечерами у реки, сидели на бревнах, ждали девчат. С девчонками было веселее. А как стемнеет, расходились все парами по улочкам поселка. Если Нина не приходила, вечёрка становилась скучной. Многие парни вздыхали по ней, да не многие могли сказать об этом. Нина как и раньше работала. Правда стала приезжать вовремя домой. Теперь она, как налоговый агент ездила на машине по соседним деревням.
Так было быстрее и безопаснее. В воскресенье в поселке ждали праздника, приуроченного к Дню рождения поселка. Готовился митинг, концерт и танцы. В честь такого праздника, мама Нины сшила ей новое платье из белого штапеля. Платье было нарядным. Сшитое по фигурке, оно смотрелось на Нине как свадебное. Родители днем сходили на торжественные мероприятия и вечером с соседями пили час с пирогами. Нина засобиралась на танцы, надела платье и причесывала свои длинные волосы, укладывая их в косу. Мама их кухни прокричала: «Нина, вымой посуду, потом пойдешь на танцы». Но Нина торопилась, подружки уже заждались у калитки. «Мам, потом помою, приду с танцев»,-ответила из комнаты Нина. Принарядившись, Нина выскочила из комнаты и проходя мимо матери, еще раз повторила, что придет и помоет посуду. Мама Нины была женщина строгих нравов, дочку любила больше других детей, но порядок в доме поддерживала рьяно. Нина не успела дойти до входной двери, как в неё прилетел грязный тапок, в котором мама Нины ходила управлять коз во дворе. Тапок плашмя стукнулся по попе Нины, оставив грязный след. Нина ойкнула и обернулась. Посмотрев на задний подол платья, чуть не заплакала, Грязный след от тапка невозможно было стряхнуть, платье надо было стирать. Нина крикнула подружкам, чтобы её не ждали. Сняв платье, переоделась в домашний халатик, принялась мыть посуду. После замочила платье в теплой воде. Постирав платье, Нина вышла к поленнице дров, где её никто не видит и долго плакала. Она так хотела сегодня быть в новом платье на танцах, знала, что приехал Павел Шемелин, который ей нравился Он отслужил в армии, закончил МТС на механика и стал работать в селе. Парень был как картинка, девчонки бегали за ним гурьбой. Похаживал он Шурой, разбитной девахой. Нина в своих девичьих грёзах только мечтала о нём, вздыхая. Любой парень готов к ногам Нины положить все полевые цветы, обрати она внимание. На улице уже стемнело. На крыльцо вышел отец покурить. Он жалел Нину, понимал, что дочка переживает, но не вмешивался, когда мать ругала детей. Он окликнул Нину: «Доча, иди , посиди со мной на крыльце». Нина прижалась к плечу отца и успокоилась. Отец выкурил самокрутку и обняв Нину, рассказал ей одну историю, о которой она не знала.
«Знаешь, доча, ты когда маленькая была, мы тебя чуть не потеряли. Тебе было годика три тогда и я взял тебя летом в соседнюю деревню. Запрягли мы лошадку с телегой и поехали за зерном в соседнюю деревню. Ехать на лошади было не далеко. После обеда вернулись. А через несколько дней ты играла во дворе с ребятишками и потерялась. Мать-то вышла, а тебя нет. Обыскали всю округу. Я поднял участкового, искали всем селом. Мать от горя слегла, плакала все, что не доглядела тебя. Только к вечеру, поздно , позвонили нашему участковому, что ты оказалась в той деревне, куда мы с тобой ездили. Ты хоть маленькая была, а дорогу запомнила и ушагала по ней. Шла видать долго. В деревне тебя заметила женщина одна и привела домой. Муж у неё работал в милиции сержантом. У них в семье первенец был-девочка, умерла в четыре годика. Семья больше детей не имела. Женщина-то и решила, что тебя сам господь послал к ней, тосковала она по дочке-то своей. Когда муж-то её пришел с работы, узнал всю историю, решил сообщить сразу, но она умоляла его повременить. Больно девочка ей по душе пришлась. Уговорила мужа сообщить в село участковому, что девочка нашлась, но уже поздно, завтра они её сами в село увезут. На том и порешили. Нам то сообщили вечером, мать и успокоилась. А утром мы с матерью вышли навстречу. Женщина с мужем привезли тебя на мотоцикле «Урале», послевоенные такие мотоциклы были в милиции. Ты как мать-то увидела, закричала : «Мама, мама». А женщина-то та, еле тебя из рук выпустила. Все умоляла нас отдать ей тебя. Говорила, что у вас много детей, отдайте на воспитание Ниночку. Мать-то тебя сразу в дом увела. А женщина та, подала мне в руки большой баул с одеждой: «Возьмите, это от дочки осталось, пусть Ниночка носит. Тут все почти новенькое». Заплакала и они уехали. Вот так-то доча. Ты на мать зла не держи, болеет она у нас, переживает за всех. За тебя больше всех». Нина зашла в дом. Мама лежала на кровати. Она уставала часто и прикладывалась на кровать. Болезнь не отступала от неё. Нина только сейчас заметила, что мама стала худенькой и бледной. Она подошла к кровати, опустилась на колени и положила голову на плечо к матери. «Мамочка, как ты себя чувствуешь? Ты прости меня». Мама погладила Нину по голове: «Ничего доча, еще поживу. А ты осенью езжай на курсы бухгалтеров. Соберем тебя. Учиться тебе надо».
Осенью Нина уехала в Сретенск с подругой на курсы бухгалтеров.
(история продолжается)