Прочитал пояснение нового директора «Большой книги» о том, почему пока не может быть книг о Донбассе и спецоперации, и вообще о слишком актуальном.
Лев Толстой, говорит директор (директора зовут Татьяна) написал «Войну и мир» о событиях 1812 года спустя 50 с лишним лет после этих событий, а Бондарев написал «Горячий снег» в 1970 году.
Таня!
Мы взрослые люди и читали много книг, поэтому прекрасно помним, что Толстой писал «Севастопольские рассказы» прямо из Севастополя, Бондарев начал писать военную прозу спустя 9 лет после войны (у нас, как мы помним, 8 уже прошло), Василий Гроссман написал «Народ бессмертен» в 1942 году, а Виктор Некрасов написал «В окопах Сталинграда» - в 1946 году.
«Герой нашего времени» Лермонтова написан непосредственно, в числе прочего, о Кавказский войне, которая тогда шла.
Первая книга «Тихого Дона» создана в 1925 году, спустя 8 (опять 8) лет после революции, а «Донские рассказы» появились в 1923 году - по горячим следам. Тогда же писали свои первые военные вещи Валентин Катаев и Всеволод Иванов. Бабель начал «Конармию» в том же 1923 году.
Никто никакие 50 лет не ждёт, как правило. Люди столько не живут.
Литературе иногда нужна дистанция, но чаще вообще почти никакой не нужно: Константин Симонов, Андрей Платонов и тот же Шолохов писали военные вещи про Отечественную уже во время войны, и это стало классикой.
Другой вопрос - что «БК» будет искать способ больных тем не касаться, ссылаясь на «необходимость дистанции»: тогда вопросов нет.
(Автор этой заметки не является в этом сезоне заинтересованным лицом - потому что новых книг у него нет, и на «Большую книгу» он не претендует. Просто подумал).
