Шёл сорок второй год. В деревне Малеевка все мужики ушли на фронт, а кто по состоянию здоровья не прошёл, то в партизаны подался. Вот Гришка Гирлов со своей ногой остался не у дел. Как то он её так сломал, что она срослась и стала намного короче. С тех пор он сильно хромал. Но партизаном был смелым. Поезда под откос пускал с товарищами, мосты минировал, в глубь врага ходил в разведку. Дома у него осталась молодая жена Василина. Как только получалось прийти домой Гришка потемну пробирался огородами. Василина к его приходу баньку топила и еду готовила, чтоб сам поел и в отряд взял. Так все деревенские делали. Делились кто чем мог. Как то Гришка проспал и не успел утром затемно уйти, остался дома переждать до ночи. А в этот день немцы заявились в деревню, рыскали в поисках партизан. Немцы часто наведывались то одни, то другие, забирали все, что видели. И к Василине зашли.
-Пайтизани есть?
-Нету. - Василина от страха дрожала, как осиновый лист. Фриц собрал всю еду, что нашел и решил напоследок с Василиной побаловаться. Сначала избил, чтоб не сопротивлялась, а потом схватил за длинную косу, намотал на руку, кинул на кровать и сделал свое дело. Напоследок поцокал языком: "gut, gut!" и ушёл, лопоча что то на своём.
Выждав время, Гришка вылез из-под кровати.
- Так вот ты как время проводишь пока меня дома нет.
Гришка был злой и готов был убить жену.
-Гриша, я же не могла с ним справиться, ты же все слышал. Это первый раз такое было.
-Откуда мне знать сколько раз это было?
- Уж лучше пусть со мной такое будет, чем если бы тебя нашел. Они же здесь партизан ищут. Ты же знаешь, что они сделали в Ивантеевке, когда заподозрили, что кто то партизан скрывает. Заперли всех в сарай и сожгли всю деревню. Ты этого хотел?
-Вечером уйду. Подумаю как будем дальше с тобой жить.
И ушёл, и больше не приходил. Вернулся только когда война закончилась. А Василина родила мальчика. На счастье или на горе, но мальчик был похож на неё. Поэтому сказать, чей это ребёнок никто не мог. Но Гришка не любил пацаненка. Его раздражало все в нем. Ни разу на руки мальца не взял, не приласкал. Называл его только немчурой.
-Мы с тобой год жили и детей не было, а тут родила. Откуда мне знать чей это. Василина ничего не говорила мужу, молча сносила все это. Только однажды, придя с работы Гришка не обнаружил жену с ребёнком дома. И на следующий день её не было. Он собрался и пошёл к матери Василины. Но там тоже никого не было.
А Василина в это время была уже далеко от дома. Она собрала кой-какие пожитки, взяла с собой мать и сына и уехали они первым проходящим поездом. Мать на отца получила похоронку ещё в сорок первом. Два брата в сорок пятом в Берлине погибли, младшая сестрёнка трехлетняя умерла от тифа. Так что ничего их там не держало.
Приехали они в Караганду. Шесть суток ехали, да с пересадками. Василина сразу же устроилась на стройку, им дали небольшую комнату в общежитие, малыша в садик, а мать пошла на швейную фабрику работать. Через год Василина поступила в строительный техникум заочно, вы училась и уже стала бригадиром работать. Получила квартиру в новом доме через десять лет. Ей было то чуть за тридцать. Вся жизнь впереди. Сын уже в школу ходит, совсем большой становится. Во всем маме помогает, бабушку обожает. Никто ей долго не встречался, пока однажды она не поехала с бригадой в совхоз Алабекты. Там и обратил на неё внимание местный паренёк Талгат. Его родители были против такой невестки, не их вера, да ещё с ребёнком. Но Талгат настоял на своём, родилась у них ещё дочка светленькая как мама, а глазки карие как у папы. Такая вся ладненькая, как куколка. И прожили они долгую и счастливую жизнь. Выучили детей, дождались внуков. На свою родину Василина поехала уже в старости. Поехала с сыном только. Дочка была с маленьким ребёнком, а Талгат не смог с ними поехать. "Ну это и к лучшему" - обрадовалась Ванилина. В деревне узнала, что Гришка сошёлся с Любой с их деревни, у нее уже была дочка. Своих они не родили. Григорий умер молодым, придавило деревом на вырубке леса.
Ничего не екнуло у женщины в сердце, хоть и был это первый и любимый мужчина. Она старалась его простить, оправдать, но не получалось. Из-за него ей пришлось уехать на чужбину. Хоть и стал Казахстан ей второй Родиной, но ей всегда хотелось приехать на свою первую Родину. "Все могло быть по другому. Но как случилось, так случилось. Ничего не изменить и жизнь заново не прожить. Я прожила хорошую жизнь. Не надо ни о чем жалеть". Она сходила на могилу до Григория, положила цветы и отпустила все обиды. За много лет она впервые вздохнула полной грудью, как будто камень свалился с души.
"Спи спокойно, Гриша. У нашего с тобой сыночка тоже сын родился. Так он вылитый ты. И ходит как ты, и смеется, И даже сердится как ты. так что твой это сын. Жаль, что ты об этом так и не узнал"