На момент ввода Ограниченного контингента в Афганистан в распоряжении Советской Армии имелось гораздо более совершенное оружие, чем винтовка Мосина, который были вооружены снайперы на Великой Отечественной. В 1963 году на вооружение была принята снайперская винтовка Драгунова, снабжённая 4-кратным оптическим прицелом ПСО-1, которую солдаты прозвали "весло". А в 1967 году появился снайперский патрон 7Н1, обеспечивавший лучшую кучность стрельбы. К слову, именно в Афганистане был поставлен рекорд дальности стрельбы из СВД. По утверждениям ряда источников, в 1985 году снайпер Владимир Ильин сразил главаря душмана на расстоянии 1350 метров. Произошло это в Панджшерском ущелье, где сержант Ильин нёс службу в 345 гвардейском парашютно-десантном полку.
Что касается снайперов противника, то они в основном держали в руках легендарные «Буры» – британские винтовки Lee Enfield образца 1895 года. Вопреки распространённым мифам, пробить броню советских бронетранспортёров эти винтовки, конечно же, не могли. Однако даже со столь несовершенным оружием снайперы-душманы стали постоянной «головной болью» для военнослужащих 40-й армии. Примечательно, что эту опасность советское командование первоначально даже не предвидело.
«В Баграме на выезде снайпер застрелил нашего сухопутного майора. В частях самые большие потери от снайперов. Сейчас и наши завезли снайперские винтовки. Будут драться», – записал в дневнике 31 января 1980 года советский военный советник в ДРА Валерий Аблазов.
Требования к кандидатам в снайперы были специфические: стопроцентное зрение, и, как ни странно, спокойный, меланхоличный характер.
В воспоминаниях ветеранов Афганской войны часто упоминается, что снайперы прикрывали других солдат при проведении операций в кишлаках. В обязательном порядке их включали в состав подразделений спецназа из 8-10 человек.
В Афганистане, по-видимому, почти не было классических одиночных снайперских дуэлей, столь известных по Второй мировой войне. В силу хорошего знания условий местности афганцы с «бурами» были трудными мишенями. Они нередко прятались в пещерах, да и на склоне горы завернувшегося в мешковину «духа» трудно было отличить от камня.
«Может он и недалеко сидит, а чёрта с два его увидишь, а если представить, что он не один? Снять такого снайпера можно только случайно, когда долбишь из автомата куда попало, обстреливая горы вокруг себя», – отмечал ветеран Афганистана Виталий Кривенко.
Кроме того, в Афганистане не было традиционной линии фронта, а первые выстрелы обычно делали не советские, а вражеские снайперы, например, во время нападений на колонны. В условиях боя снайперы часто не отслеживали друг друга, а отстреливали все попавшиеся цели.
Специфические условия местности и недостаток учебной подготовки заставляли многих советских снайперов буквально на практике вырабатывать собственные способы борьбы с душманами. Ефрейтор запаса Алексей Горшечников так рассказывал о тактике своего сослуживца – снайпера Владимира Зубца:
«У него в запасе было немало самых неожиданных приемов, позволявших перехитрить противника, подстеречь его, вовремя взять на мушку. Когда представлялась возможность, Владимир «охотился» с кем-нибудь в паре: тот наблюдал и корректировал стрельбу, а он вел огонь».
В искусстве маскировки «шурави» не уступали афганцам. Советские снайперы использовали одежду, сшитую из холщовых мешков и подручных материалов. Приметив в скалистом пейзаже груду камней, снайпер и наблюдатель укрывались там, обкладывались камнями и сливаясь с местностью. После каждого выстрела нужно было менять положение. При стрельбе кроме поправок на ветер приходилось учитывать даже такие нюансы, как степень прогретости воздуха на вершине или склоне.
Очень серьезной проблемой было отсутствие антибликовых насадок на прицел. Блик от линзы мог выдать снайперскую позицию за пару километров. Чтобы решить эту проблему, снайперы поджигали резину и подставляли стекло под чёрный дым, чтобы закоптить его.
Важную роль в точном выстреле играла не только винтовка, но и патрон, которым она была снаряжена. Опытные стрелки проводили “техосмотр” боеприпасов в несколько этапов: сначала проверяли, чтобы дульце гильзы плотно обхватывало пулю. Потом скатывали патроны на ровной покатой поверхности — гильза должна быть идеально круглой, и спокойно скатываться. Профессионалы не только смотрели, как она скатывается, но и слушали, чтобы она при этом не “стучала”.
С патронами связана ещё одна хитрость: СВД была магазинной винтовкой, и при подаче боеприпаса из магазина, он мог повредиться. Поэтому, когда необходимо было сделать один-единственный, но очень меткий выстрел, винтовку заряжали, оттянув затвор и вложив патрон прямо в патронник.
А вот с чем трудностей не возникало, так это с решимостью убить человека, чьи глаза снайпер видел в прицел. Как признаются воины-интернационалисты, достаточно было вспомнить об убитых и зверски замученных душманами товарищах.