Мурад остался ждать подарок Валиде-султан на балконе. В предвкушении он немного покачивался вперёд и назад, перемещая вес тела с носков на пятки. Воображение рисовало ему светловолосую красавицу, которая сейчас бесшумно пройдет на балкон и опустится к его ногам, чтобы поцеловать край одежды своего господина. Падишах улыбнулся, представляя, как возьмёт девушку за подбородок, поднимет ее лицо, посмотрит в светлые глаза и спросит, вложив в голос всю нежность, на какую только способен:
- Как тебя зовут?
И будет не важно, что ответит эта наложница. Он повторит ее имя и поднимет с колен, мягко, но уверенно прижмёт к себе гибкий девичий стан. Вдохнет аромат волос, запустив в них пальцы, проведет по шее и увидит, как красавица, поддавшись этой неожиданной и непривычной для нее ласке, прикроет веки и издаст едва слышный стон. Мурад почувствовал, как стремительно в нем просыпается желание обладать той, которую он ещё даже не видел, и любопытство с каждой секундой усиливало истому в его чреслах.
С балкона было хорошо слышно, как со стуком раскрылись двери. Послышался шорох женского платья при ходьбе - и Мурад уже представлял, как освободит от него свою гостью, покроет поцелуями белую нежную кожу, источающую тонкий аромат чистоты и благовоний.
Почему же она остановилась, оказавшись на балконе? Мурад усмехнулся. Растерялась при виде султана и забыла, что нужно сделать? Мужчина повернулся и улыбка медленно исчезла с его лица, уступив место удивлению.
- Повелитель.
- Михримах-султан?
- Простите, что побеспокоила вас в такой час. Но это очень важно.
Мурад показал тете на диван. Султанша с благодарностью присела и закашлялась. Ее вид был пугающе болезненным.
- Михримах-султан, давайте отложим наш разговор на утро. Вам нужно отдохнуть.
- Я уже отдохнула, мой лев.
Михримах-султан поморщилась, ругая себя, что поддалась уговорам Айше-Хюмашах и прилегла после дороги.
"Я итак уже чуть не проспала большую беду" - добавила она мысленно.
- Речь ведь пойдет о Сафие-султан? Вижу, что так и есть.
- Повелитель, вы очень проницательны. Меня действительно огорчило то, что я услышала. Я не знаю, как Сафие-султан перенесет разлуку с вами и шехзаде, это уничтожит ее...
- Сафие так долго обманывала меня, Михримах-султан. И ей должно быть хорошо известно, какое наказание полагается за это. Я проявил милость, позволяя Сафие уехать в старый дворец с нашими дочерьми, а не в дальнюю провинцию одной!
- Наказание? - Михримах-султан приподняла брови, - разве Сафие-султан в чем-то провинилась?
- А разве вы не знаете? Сафие скрывала ото всех, что больше не может стать матерью! От меня скрывала!
Мурад обиженно надул губы и Михримах-султан невольно улыбнулась.
- Вы находите это забавным? - Мурад задохнулся от возмущения.
- Что вы, повелитель. Вот только... Много много лет назад все лекарши в Османской империи говорили в один голос, что больше мне не суждено стать матерью. Чего я только не пробовала... но... После рождения Айше-Хюмашах прошло столько долгих лет, что я уже смирилась с этим. Но разве люди могут видеть то, что видит и знает Аллах? Разве не в его руках таинства рождения и смерти? Я не переставала надеяться, не признаваясь в этом даже себе.
Мурад внимательно слушал госпожу луны и солнца, удивляясь, как посветлело в миг ее лицо.
- И вот спустя долгие годы я снова взяла на руки свое дитя. Весь мир стал подобен благоухающему саду. Аллах услышал мои молитвы, дал то, о чем я взывала.
Женщина опустила глаза, помолчав.
- Дал, зная, что скоро заберёт... Зная, что это заставит меня саму умирать каждый день...
Михримах пристально посмотрела племяннику в глаза.
- Сафие-султан очень сильная. Она пережила смерть не одного своего сына. А потом родила вам шехзаде Махмуда. И если на то есть воля всевышнего, подарит ещё много детей. Придет день, вы будете вместе смеяться над словами лекарши, которые сегодня услышали. А если нет... Возможно Аллаху ведомо то, чего мы не знаем. Может быть Он бережет нас от горя, которое уничтожит нас... Превратит нашу жизнь в ад на земле, наполнив ее слезами и болью.
- Осман был прекрасным султанзаде. Да пребудет он в раю.
- Аминь.
Михримах-султан встала.
- Спокойной ночи, Повелитель. Простите, что огорчила вас.
Мурад поцеловал руку тети и проводил ее удаляющуюся фигуру взглядом.
Слова султанши всколыхнули в нем сомнения, что уже появлялись раньше. Увидев перед собой убитую горем женщину, потерявшую сына, он вспомнил, как смотрел с этого балкона на едва держащихся на ногах фавориток отца, навсегда покидающих дворец после похорон восьми шехзаде. Каждая прижимала к груди крохотные одежды своего сына, промокшие от слез. Он вспомнил, как оплакивала своих шехзаде, погибших в младенчестве, Сафие, и его сердце наполнилось пронзительной жалостью. Что, если Михримах-султан права, и будущее уже предопределено? У Османского трона есть наследник - Мехмед, который и станет следующим султаном. Надо ли противиться воле Аллаха, решившего остановить братоубийство?
Мурад покинул балкон. Двери снова открылись, впуская обещанную ему рабыню. Вот она уже опустилась на колени и склонила голову. Светлые локоны под тончайшей вуалью так похожи на молочный водопад, струящийся по хрупким девичьим плечам и спине. Полные губы все ещё прижаты к подолу кафтана повелителя в ожидании, и горячее прерывистое дыхание словно обжигает его босые ноги в мягких ночных кожаных тапочках.
Газанфер-ага приложил ухо к дубовой двери и замер, прислушиваясь.
"Зачем приходила Михримах-султан, о, Аллах. Как бы она всё не испортила" - думал венецианец, ловя каждый шорох.
Читать далее НАЖМИТЕ ➡️ здесь
Вы прочитали 226 главу второй части романа "Валиде Нурбану".
Первая глава романа по ссылке тут, это логическое продолжение сериала "Великолепный век".
