Пабло копал проход на волю, не покладая рук, идея мести стала манией,
он ни о чем другом уже давно не думал, только месть, месть беспощадная и жестокая, постепенно эта мысль захватила всю его сущность, вытеснив из неё все остальные чувства, эмоции, потребности, он даже перестал ощущать голод, жажду, сырость, холод, только одно поддерживало в нем жизнь— мысль о мести.
Пабло часами, выгребая комья земли из лаза, продумывал план мести, в его фантазии он видел себя королем, наказывающим злодея Эрнана,
он упивался этим чувством, порой громко смеялся, благо, в его темницу давно никто не входил, только слуга просовывал сквозь прутья решетки кусок хлеба, кувшин с водой и чашку с жидким супом, потом запирал внешнюю металическую дверь и темнота опять окутывала все кругом.
Но Пабло только радовало подобное положение дел, он отчаянно трудился, копая подкоп, и никто ему не мешал.
Вечерело. Эрнан и Антонио опять выпивали, это давно вошло в привычку, донна Анна собралась в лавку, сказав об этом мужу, тот только отмахнулся: « Иди куда хочешь»,
— Скажи, Эрнан, когда ты отдашь своему младшему брату, причитающуюся ему, долю денег от продажи комедиантов?,— спросил Антонио старшего брата, говоря о себе в третьем лице. Ему казалось, что так эффект от сказанного будет сильнее,
— Какая доля?— взревел Эрнан, — и не надейся, кто ты такой? Даже и не думай,
— Деньги,— закричал Антонио, срываясь на фальцет,— где они!?— Где ты их прячешь!? Вор!!!! Обокрал родного брата!!!! Где деньги!? Отвечай, ублюдок,—
Антонио кинулся искать деньги, он выворачивал карманы в одежде брата, швырял на пол шкатулки и посуду,
Эрнан же только громко смеялся над ним, но, вдруг Антонио схватил со стола нож и приставил его к горлу брата,— говори, где деньги,— Эрнан попытался подняться, но обильные возлияния не позволили ему это сделать, он рыча, оттолкнул руку Антонио с ножом, повалился на пол и громко захрапел,
— Где же деньги? Спрятал,— Антонио стал обыскивать спящего брата, в это время комната наполнилась едким дымом,
увидев пляшущие языки пламени, он кинулся к двери, но та оказалась чем— то подпертой снаружи,
тогда метнулся к окошкам, но обнаружил, что ставни закрыты,
а с улицы был слышен чей— то сумасшедший хохот,— Пабло,— успел подумать Антонио, в этот момент рухнула, объятая пламенем , кровля….
Ветер перекинул огонь на , стоящий недалеко от хозяйского, дом увечных, его обитатели, толкаясь и падая, стали выбегать из двери, выпрыгивать из окошек, и никто, в это время, не вспомнил о том, что на втором этаже лежат горшки, в которых заточены живые люди
— Сыночек, сыночек!— раздался нечеловеческий крик, и донна Анна кинулась прямо в двери, объятого пламенем, дома, ее никто не останавливал, всем было все равно
Через несколько минут она появилась в дверях, держа на руках мальчика,
вышла из дома, положила ребёнка на траву и потеряла сознание,
и над всем этим, сотрясая пространство, гремел громкий хохот Пабло
Данный материал является интеллектуальной собственностью автора. Копирование и прочее использование на разных ресурсах запрещены
следующая часть:
первая часть: