Болонская система выпускает людей с ограниченным образованием, властям стоило бы действовать более решительно, когда речь заходит об отказе от нее. Такое мнение в разговоре с НТВ выразил член-корреспондент Российской академии наук (РАН), профессор Пётр Чумаков.
2 июня министр науки и высшего образования РФ Валерий Фальков подробно рассказал, как Россия может выйти из Болонского процесса. Дискуссия об этом началась в мае, когда Минобрнауки внезапно объявило, что планирует отказаться от двухуровневой системы высшего образования и разработать свою уникальную модель «вышки».
В интервью «Коммерсанту» Фальков пояснил, что эта реформа не означает запрета бакалавриата и магистратуры, однако вузы и работодатели смогут отказаться от них в пользу специалитета. Также подразумевается, что по ряду специальностей будет только специалитет (врачи, инженеры и ряд других направлений). Помимо этого, министр указал на необходимость навести порядок в системе магистратуры: Фалькова возмутило, что бакалавры могут поступить в любую магистратуру, в результате появляются условные «журналисты-инженеры». По мнению министра, необходимо сделать так, чтобы бакалавры могли выбирать только профильно близкие направления.
В разговоре с НТВ профессор Чумаков рассказал, что в свое время при переходе на Болонскую систему Россия хотела взять то, что было на Западе, но в итоге взяла не самое лучшее. Например, многие студенты стали ограничиваться только бакалавриатом, который, по словам собеседника, не даст человеку достигнуть высот и не сделает из него специалиста. Так, Болонская система плодит недоучек, считает ученый.
Пётр Чумаков: «Я учился по советской системе, которая была практически преемницей немецкой системы образования и также практиковалась в Российской Империи. Это специалитет, образование очень высокого качества. У нас не было проблем выбора, мы просто получали очень широкое образование и могли специализироваться в той области, которая нам интересна. При этом у нас были распределения на кафедре — опять же в зависимости от того, что нравится, — с последующим углубленным изучением предмета. Кафедры можно было менять, можно было даже в другие вузы переходить. В общем, это была достаточно гибкая система, и я не понимаю, почему от нее отказались. Можно, стоило ее модернизировать, осовременить».
Болонскую систему, по воспоминаниям член-кора РАН, вводили на волне отрицания любых достижений и разработок, поскольку система образования стала слишком догматической и даже политизированной. По словам Чумакова, хотелось от всего отказаться в пользу чего-то нового, и здесь обратили внимание на распространенные на Западе практики.
Пётр Чумаков: «Но, как я уже сказал, мы взяли оттуда не лучшее. Если честно, я негативно отношусь к двухуровневой системе высшего образования. Поэтому, на мой взгляд, Фальков в этом интервью говорит о полумере. Видимо, под давлением общественности он вынужден говорить, что от этой системы мы-де отойдем, но что-то еще и оставим».
В заключение собеседник НТВ допустил, что рано или поздно Болонская система уйдет из России. Это случится даже вопреки воле тех людей, кто принес ее в страну и до сих пор «сидит наверху», подытожил Чумаков.