Ключевые политические тексты Адольфа Гитлера в нашей стране изучает в основном узкий круг профессиональных историков. В числе таких малоизвестных документов – «Завещание Гитлера», написанное фюрером за день до самоубийства в осаждённом Красной Армией Берлине. Несмотря на искажённый характер мировоззрения нацистского диктатора, он сумел предвидеть многие события послевоенной истории Европы и всего мира.
Завещание фюрера
Адольф Гитлер надиктовал текст «Завещания» своей секретарше, Траудль Юнге, 29 апреля 1945 года, вскоре после заключения брака с Евой Браун. По-видимому, вождь Третьего Рейха предварительно долго обдумывал текст, так как секретарше, по её признанию, приходилось печатать с максимальной скоростью, на которую она была способна. В то же время в речи Гитлера не было экзальтации прежних лет – он диктовал завещание тихим голосом. Поскольку документ касался судеб Германии, Гитлер потребовал расписаться на нём четверых свидетелей.
С политической точки зрения взгляды Гитлера в 1945 году оставались практически теми же, что и 20 лет назад, когда он опубликовал Mein Kampf. Главной причиной несчастий человечества и виновниками развязанной войны Гитлер по-прежнему считал евреев. В «Завещании» нет самокритики и раскаяния за преступления, зато полно пассажей в духе оголтелой демагогии, когда-то приведшей лидера нацистов к власти.
Призрак Нюрнберга
Объясняя, почему он принимает смерть в Берлине, Адольф Гитлер заявил, что не желает попасть в руки врага. Он предвидел, что противник собирается устроить суд над ним «ради удовлетворения истеричных масс». Таким образом, будущий Нюрнбергский процесс над нацизмом фюрер заранее считал всего лишь «спектаклем».
Сам он не высказывал ни тени сомнения в правоте своих идей, и тешил себя надеждой, что в грядущих поколениях «взойдут семена лучезарного возрождения национал-социалистического движения». Себя, как некогда Хорста Весселя, Гитлер видел своего рода сакральной жертвой, которую могли бы использовать будущие вожди немецких нацистов. Тем самым фюрер предвидел зарождение неонацизма, который действительно появился в Германии и других странах уже в 1950-х годах. Однако вопреки его чаяниям, ультраправые группировки и партии по сей день остаются маргинальными в европейской политике.
Холодная война и падение большевизма
Куда более проницательными оказались геополитические прогнозы фюрера. В большинстве распространённых в Сети вариантах текста завещания эта заключительная часть отсутствует, однако её цитирует в своей книге о Гитлере известный российский и американский публицист Валентин Пруссаков.
Гитлер рассуждал о будущем России, Америки и Германии. Первые две страны, по его мнению, после войны останутся единственными «Великими Силами» в мире, и в силу «исторических законов» вступят между собой в противоборство. Таким образом, создатель фашисткой Оси предсказал начало Холодной войны между коммунизмом и западной демократией. Как он и предполагал, война велась «не только в военном плане, но и в экономической и идеологической сферах». Гитлер считал, что обе стороны вынуждены будут просить помощи у немецкого народа, но Германии не стоит примыкать ни к одному лагерю. (Возможности раскола Германии на два враждебных государства он не предусмотрел).
Рассуждая о том, что вреднее для немцев – «еврейский американизм или еврейский большевизм» – Гитлер не пришёл к окончательному ответу. Он не исключал возможность отхода России от большевизма, что и произошло в 1991 году. Вместе с тем, Гитлер, чьё политическое сознание сформировалось в реалиях конца XIX – начала XX века, предполагал, что на смену коммунистам в России придёт столь же ненавистный ему «панславизм».
Конец Америки
Американцам же Гитлер предсказывал «гибель ещё до поры зрелости». Признавая за этим народом «материальную силу», фюрер в то же время критиковал его за «отсутствие интеллигентности». Он уподоблял США «ребёнку, поражённому слоновой болезнью». Гибель Северной Америки, как считал Гитлер, будет на руку «людям жёлтой расы», которые захватят континент, как некогда европейцы в XVI веке.
Добавим, что нынешние волнения в США многим политическим аналитикам кажутся признаками заката этой «цивилизации». Однако сбудутся ли в подобные пессимистические прогнозы, покажет история.