«Уважаемые господа! Примерно через две недели Национальная хоккейная лига, включая вашу команду, будет участвовать в серии из восьми встреч с двумя клубами, представляющими Федерацию хоккея СССР.
Эта серия была организована в результате длительных и упорных переговоров, которые проводились в течение нескольких лет. Это большое достижение, имеющее колоссальное значение для нашей Лиги. Советский Союз впервые согласился участвовать в столь ответственной серии игр не сборной командой, а своими клубами. Такое отношение важно для нашей Лиги, и мы обязаны сделать все от нас зависящее, чтобы сохранить это соревнование, так как мы не имеем практических возможностей для участия в международных встречах на уровне сборных».
Именно этими словами начиналось письмо президента НХЛ Кларенса Кэмпбелла, разосланное им некоторым клубам лиги в начале декабря 1975-го. Прошло больше трех лет после великой Суперсерии 1972 года, которая показала, насколько удивительным может быть хоккей с участием всех лучших хоккеистов мира, и вот теперь Советский Союз и Северная Америка готовились повторить тот опыт на клубном уровне. Открывать новую серию предстояло сильнейшему советскому клубу ЦСКА и «Нью-Йорк Рейнджерс».
«Это была поистине адская серия. Никогда больше я не показывал хоккей такого уровня. С этого момента моя игра пошла на спад».
Так вспоминал Суперсерию-1972 Фил Эспозито и, кажется, немного лукавил — в сезонах 72/73, 73/74 и 74/75 он вполне себе держал уровень, раз за разом становясь лучшим снайпером НХЛ. Тем удивительнее для всех стали события, случившиеся за несколько недель до матча ЦСКА — «Рейнджерс»: «Бостон» отправил свою легенду в «Нью-Йорк», добавив к нему оборонца Кэрола Вадне и получив взамен центрфорварда Жана Рателя, защитника Брэда Парка и защитника из фарм-клуба Джо Занусси. Если бы в середине 70-х существовало словосочетание «трансферная бомба», то его в те дни использовали бы все североамериканские газеты.
Именно тройки Эспозито, в которой компанию ему составили Род Жильбер и Стив Викерс, стоило больше всего опасаться тренерам Константину Локтеву и Вениамину Александрову, принявшим армейскую команду после ухода великого Анатолия Тарасова. Настораживать новый штаб должны были и результаты ЦСКА в союзном чемпионате того сезона — осенью команда умудрилась трижды проиграть «Спартаку», пару раз «Динамо», а еще новосибирской «Сибири», что было суперсенсацией.
Первый матч серии 1975 года получился очень похожим на игру, которая открывала Суперсерию-1972. Соперник советской команды снова рано открыл счет, правда на этот раз стартовый штурм североамериканцев и ограничился шайбой Викерса. Гости быстро пришли в себя и ответили попаданиями Бориса Александра и Владимира Викулова. Но с расстояния в 45 лет есть ощущение, что ключевым стал третий гол ЦСКА.
На последней перед первым перерывом минуте Валерий Харламов разогнался из собственной зоны, без проблем добрался до синей линии чужой, а там всего-навсего одним финтом разобрался сразу с двумя хоккеистами «Рейнджерс» — путь к воротам Джона Дэвидсона был открыт. Харламов уверенно реализовал выход «1 в 0» и окончательно деморализовал соперника.
Да, «Рейнджерс» в итоге нанесут 41 бросок по воротам Владислава Третьяка и именно он будет считаться главной звездой этого матча. Но именно после гола Харламова у хозяев все окончательно сломалось — они пропустили еще 4 шайбы подряд и были близки к очень позорному разгрому. 7:3 — победа ЦСКА и еще одна отсылка к первому матчу Суперсерии-1972.