Импортозамещение требует частных инвестиций и реформы аспирантуры, пишет «Независимая газета» в материале, посвященном отечественной науке. Ирина Дежина , д.э.н., ведущий научный сотрудник Института Гайдара, отметила, если финансирование науки останется прежним, то это может усилить отток кадров, причем не по причине эмиграции, а в связи с большей привлекательностью других областей деятельности по сравнению с наукой.
Задача импортозамещения потребует пересмотра финансирования науки. В Центре макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) описывают дилемму: либо Россия увеличит финансирование НИОКР до 2% ВВП – прежде всего за счет бизнеса, которому предстоит нарастить инвестиции в 4 раза; либо расходы не изменятся, но тогда численность исследователей в РФ сократится еще на 30–40%. Потребуется и реформа аспирантуры, предполагающая увеличение стипендий «хотя бы» до уровня средней по региону зарплаты, сообщают в Высшей школе экономики (НИУ ВШЭ).
Ирина Дежина сообщила, что при оценке численности исследователей и их динамики следует опираться на данные Росстата, который ежегодно собирает соответствующую статистику. По данным за 2020 г. (это последние имеющиеся сведения) в России было 346,5 тысяч исследователей. В 2000 г. их было 426 тысяч. То есть за 20 лет сокращение составило 18,7%. По данным того же Росстата сокращение численности исследователей за 2010-2018 гг. составило 5,7%. Так что приведенные в преамбуле к этим вопросам оценки близки к официальным. Данные о том, какой стала численность ученых в 2021 г. появятся летом, а данные за 2022 г. будут в середине 2023 г.
Эксперт озвучила основные причины сокращения численности ученых-исследователей в стране. «Приток кадров в науку складывается из выпускников вузов, аспирантур, специалистов, вернувшихся после перерыва в работе, приехавших из-за рубежа. Отток связан с переходом в другие сферы деятельности и с эмиграцией. Эмиграция составляет незначительную долю в числе покидающих науку. Однако все же основная причина оттока кадров из науки в большей привлекательности других областей деятельности», –уточнила Дежина.
Эксперт обратила внимание, тезис о том, что нужно наращивать финансирование НИОКР, причем в основном за счет бизнес-сектора, присутствует во всех стратегических документах страны, начиная со Стратегии научно-технологического развития РФ, принятой в декабре 2016 года. Там сказано, что финансирование науки должно быть «не менее двух процентов валового внутреннего продукта, включая пропорциональный рост частных инвестиций, уровень которых к 2035 году должен быть не ниже государственных». Однако, за прошедшие 5 лет с момента принятия Стратегии не удалось увеличить финансирование науки в разы, и оно сейчас чуть больше 1% ВВП. Вызывает сомнение реалистичность резкого наращивания вложений в НИОКР в условиях, когда ресурсы требуются для многих экономических направлений.
Ирина Дежина выделила наиболее уязвимые области науки, в основном, это требующие дорогостоящего современного оборудования и вспомогательных материалов.
«Сейчас будут важны исследования и разработки, имеющие практическую направленность, то есть нацеленные на получение полезного для социально-экономической сферы результата. Это не отменяет важности фундаментальной науки, но и там есть особый “срез”, находящийся на пересечении фундаментальной и прикладной науки, который можно назвать трансформационными исследованиями. В таких исследованиях фундаментальная проблема решается с прицелом на понятный в среднесрочной перспективе результат. О трансформационных исследованиях активно заговорили в период пандемии, поскольку именно тогда от науки потребовались оперативные решения», – заключила Ирина Дежина.
