Эскиз росписи Покровского собора Марфо-Мариинской обители
Марфо-Мариинская обитель сестер милосердия, над росписями храма которой Михаил Нестеров работал с 1908 по 1912 год, была основана великой княгиней Елизаветой Фёдоровной Романовой в 1907 году после трагической гибели её мужа - великого князя Сергея Александровича.
Елизавета Фёдоровна удалилась от светской жизни, чтобы посвятить себя служению Богу, бедным и страдающим. На создание обители её вдохновило служение двух евангельских сестер – труженицы Марфы и молитвенницы Марии.
Деньги, собранные Елизаветой Фёдоровной от продажи личного имущества и драгоценностей, пошли на приобретение двух усадеб на Большой Ордынке с домами, хозяйственными постройками и садом. В двухэтажном доме обустроили больницу. В 1912 году был построен храм в честь Покрова Пресвятой Богородицы, возведенный по проекту известного московского архитектора А.В. Щусева и расписанного художником М.В. Нестеровым - храм, ставший духовной и культурной достопримечательностью Москвы.
Великая княгиня Елизавета Фёдоровна предложила Михаилу Васильевичу Нестерову расписать Покровский собор Марфо-Мариинской обители в 1908 году. Художник уже имел большой опыт в создании храмовых росписей, посвятив им более 20 лет своей жизни, эта работа принесла мастеру большую известность. Художник вспоминал: «Община во имя Марии и Марфы и храм во имя Покрова при ней воздвигаются на личные средства великой княгини. И это – дело ее души. Вся затея, с обеспечением на вечные времена, обойдется недешево, а потому на "художество” ассигнована сравнительно сумма небольшая, а так как моя давнишняя мечта – оставить в Москве после себя что-либо цельное, то я, невзирая на скромность ассигновки, дело принял (к искреннему удовольствию великой княгини). А приняв его, естественно, и отдался этому делу всецело», – писал М.В. Нестеров своему другу по переписке А.А. Турыгину.
Нестеров смог вдохнуть новую жизнь в традиции старого религиозного искусства, гармонично сочетая древний канон со стилем русского неоромантизма. Михаил Васильевич замечал, что «нет на Руси для русского художника святее и плодотворнее дела, как украшение храма - это уже поистине и дело народное и дело высочайшего искусства».
В мемуарах «Давние дни» Михаил Нестеров напишет об отце Леониде - адресате своего послания, сделанного на обороте эскиза росписи Покровского собора Марфо-Мариинской обители: «Леонид Федорович привлек меня своей тонкой душевной организацией и выразительной внешностью… ликом русского Христа».