Едва ли не самым ярким (как бы это ни звучало для чёрно-белого фильма) моментом "Дорогих товарищей!" Андрея Кончаловского оказывается сцена расстрела мирной демонстрации в Новочеркасске в 1962-м году, показанная из окна парикмахерской, внутри которой в это же время играет весёлая и позитивная песня "Рулатэ" Гелены Великановой. Приём не новый, но по-прежнему эффективный: на таком контрасте и без того кровавые события выглядят ещё более чудовищно.
Но как ни странно, самым пугающим эпизодом фильма это назвать нельзя. Гораздо более жуткими выглядят последующие сцены, в которых работники госбезопасности рыщут по ночному городу в поисках участников митинга и нарушителей комендантского часа - вот уж где действительно страх и опасность буквально пронизывают воздух. Примерно так же в сериале "Чернобыль" Йохана Ренка самым пугающим была не собственно техногенная катастрофа, а кадры, в которых персонажи имеют дело с невидимой, но смертельно опасной радиацией.
При этом также нельзя сказать, что у Кончаловского была цель рассказать именно о конкретной исторической трагедии. В фильме она оказывается скорее фоном, "спусковым крючком", который выводит героиню Юлии Высоцкой из зоны идеологического комфорта. И очень заметно, что наблюдать за развитием этого персонажа режиссёру гораздо интереснее, чем показывать исторический контекст или давать нравственную оценку тоталитарному режиму. Именно поэтому в какой-то момент действие перемещается из зала собраний, где советские граждане уже после расстрела заочно устраивают коллективную проработку участникам демонстрации (казалось бы, отличный повод ещё раз напомнить, насколько же мерзко выглядит подобное политическое лицемерие) в туалетную кабинку, где героиня Высоцкой, переживая за пропавшую дочь, может спрятаться ото всех и дать волю чувствам.
Вдвойне ценно то, что персонаж этот - убеждённая коммунистка-сталинистка, фронтовичка и сотрудница горкома. Там, где иной автор показал бы злую карикатуру, Кончаловский добивается того, что зритель сочувствует ей, видит в ней что-то человеческое, пресловутый "образ Божий". Да, она не ощущает противоречий своего привилегированного положения в обществе, когда получает спецпаёк, не имеет других способов выразить своё горе, кроме как через песни в духе "Товарищ, товарищ! В труде и в бою храни беззаветно Отчизну свою", и даже не особо испытывает эмпатию даже к погибшим родственникам, услышав рассказ своего отца о зверствах Гражданской войны - мол, а как иначе было загнать железной рукой человечество к счастью? Но для режиссёра в этой ограниченности в первую очередь виден трагизм. Он, не солидаризируясь с этой позицией, всё же не готов обесценивать опыт даже такого человека, показывая, что и в этом случае существование не одномерно. В этом плане фильм никак не помещается в определение "просоветский/антисоветский" - речь скорее о "внесоветском" кино, о взгляде стороннего наблюдателя, которому интересны люди, а не идеологические установки.
Впрочем, не скажу, что психологически проработан только образ главной героини. Даже более чем второстепенные персонажи (врач в морге, участковый, партийные работники) именно что запоминаются, просто на уровне тех или иных персонифицирующих деталей.
В итоге совсем не удивительно, что всё это, помноженное на визуальную эстетику неореализма 60-х, оказывается довольно впечатляющим опытом просмотра.
#рецензия на фильм #дорогие товарищи #андрей кончаловский #юлия высоцкая #новочеркасский расстрел #репрессии в ссср