Интересно, есть ли среди нас те, кто считает, что мир стал лучше Не в смысле автоматизации, механизации, компьютеризации
и прочей «зации» А добрее, умнее и порядочнее Ну, такой статистики нет.
Кто же станет ее вести? Но вокруг нас примеров – пруд пруди. Вот только одна тема: детский мир.
Не универмаг и не бутик. А детский мир во всех его проявлениях. И стоит, должен стоять этот мир на трех китах: любви,
заботе и терпении взрослых. Причем, взрослые совсем не обязательно биологические
родители… Волею случая я недавно побывала в одной квартире обычной девятиэтажки.
Только то, что увидела в этой квартире, заставило приходить сюда почти каждый день. Утром уже просыпаюсь с мыслью, что туда надо идти.
И такое раздвоение! Понимаю, что надо. И знаю, что визит этот вымотает душу.
Ну, и зачем я это говорю Считайте это попыткой сагитировать: а вдруг кто-то еще присоединится
И не важно, в каком городе – таких мест везде сегодня хватает… Все началось с просьбы
моей соседки помочь ей донести два не тяжелых, но объемных пакета. Соседка – женщина средних лет, скорее всего, недавно
ставшая пенсионеркой. Мы мало знакомы. Но коль я ни разу не видела рядом с ней ни детей, ни
внуков, предполагаю, что их у нее просто нет. За столько лет соседства наше общение ограничивалось
«Здравствуйте!» и «Не знаете, когда включат лифт». … Нет, рассказывать надо не так.
Наверное, стоит начать с «Нетерпения сердца» Стефана Цвейга. Если кто-то не прочел этой книги, наверстайте упущенное.
Это того стоит! Но давайте вернемся к теме детского мира. А конкретно – к той трехкомнатной квартире, в которую я зашла
случайно. Вот только перестать ходить уже не могла… Не так давно в этой квартире жила большая семья: дедушка,
бабушка, дочь, зять и внучка. Но вмешалась болезнь: вот как не верить, когда народ
говорит, что если один из супругов онкобольной, второго тоже эта участь не минует. Наверное, на самом деле это не так.
Но и примеров обратного хватает. В этой конкретно семье, например. Сначала рак победил зятя, а через два года – дочь.
Дедушка с бабушкой собрали в кулак все свои силы – внучка не должна остаться сиротой, не должна расти в детдоме.
Добились опеки. Доучили внучку в школе. Отправили в столицу в университет. А потом, когда Лена после третьего курса приехала
на каникулы, при ней, дома, в квартире, умер дедушка. Спасти вариантов не было: даже медики знают, насколько
коварный оторвавшийся тромб. После похорон у них с бабушкой состоялся трудный разговор:
Лена сказала, что переведется на заочный. А бабушка не соглашалась: -Тебе осталось-то всего
два курса! Доучись по-человечески! -Ну, а как я тебя одну брошу, бабуля? -Я справлюсь, смогу.
Буду знать, что ты закончишь и приедешь. Зато перед твоими родителями и перед дедом краснеть
не буду… Лена, прошу тебя, не спорь! Бабушка победила. Лена доучилась и домой вернулась с дипломом и
новоиспеченным мужем. То, что Лена вышла замуж, для бабушки не было новостью – внучка ее заранее предупредила.
Она рассказала о своем Тарасе. И о том, что громкой свадьбы не будет – с группой они отметили, подгадав выпускной и роспись.
Теперь вот отметят с бабулей. Тут бы сказать: и стали они жить-поживать. Только не долго.
С работой дипломированные специалисты разобрались – Лена устроилась психологом в детском реабилитационном
центре, а ее муж Тарас урологом в муниципальной поликлинике. Не было проблем и с жильем: в трехкомнатной квартире
троим места хватало. А вот семейная жизнь вызывала вопросы. У бабушки, в основном.
Хотя она тщательно скрывала свое недоумение. Из собственного опыта бабушка знала, что в семье на первом
месте должна быть забота друг о друге. Да, материальная сторона очень важна. Но одними деньгами тут не обойтись.
Тарас исправно приносил зарплату. Но так же исправно проводил свободное время без Лены.
Объяснял это сначала тем, что так вливается в коллектив. Потом занятиями в спортивном клубе, обещая, что Лена
скоро увидит результат: Тарас тоже станет мачо. Лена сначала искренне смеялась над этим, воспринимая как
шутку. Потом улыбка стала вымученной: она с трудом ...