Император Николай I смотрел в подзорную трубу с высоты крепости на море. Рядом голоса славили фортеции, которые удалось возвести в Севастополе.
Государь отодвинул трубу и повернулся к адмиралам и генералам. Улыбнулся. «Да, господа! Здесь мы должны на века делать, чтобы никто не захотел пробовать Россию на крепость. Флот – наша сила».
Показал на город и оборонительные сооружения. «Строительство мы сделаем примерное. Да вот бы нам не отстать от постройки кораблей. В Европе флот паровой, а мы - пока под парусами плаваем».
Тут адмирал Корнилов показал на пушки крупного калибра, которые тянулись по периметру. «Ваше Величество! Мы стараемся, чтобы наш флот был лучшим. Если мы не можем строить достаточно паровых судов, то уж пушки массово лить можно».
Император I согласно кивнул и продолжил обсуждение плана укрепления обороны Крыма и Севастополя. Вечером, после ужина, сказал военному министру.
«Пора бы нам подумать и железную дорогу сюда провести. Насколько бы скорость доставки людей и боеприпасов увеличилась. Хорошо сами паровозы и рельсы делаем. Металлургию нам развивать надо».
Варвара Нелидова смотрела на императора и улыбалась. Глаза государя уж потеплели. Он раскрыл руки. «Красавица моя! Иди ко мне. Пока в Крым ездил, то соскучился. Как наши детки поживают? Кстати, вам всем подарочки привёз».
Считанные люди знали о романе фрейлины Нелидовой с государем. И само событие имело объяснение, когда лейб-медик после консилиума особо запретил императрице Александре Фёдоровне заниматься своими супружескими обязанностями.
«Ваше Величество! После рождения Михаила Николаевича она совсем ослабла и может умереть при следующих родах. Умоляю вас, ну пощадите её».
Вот тогда и появилась, в его жизни, Варечка. И на всю оставшуюся жизнь. Даже кичливые иностранцы в посольствах знали, что самой красивой фрейлиной в окружении двора была госпожа Нелидова.
Она давно жила в отдельном дворце. Вместе со своими детьми. С ней император встречался в другом месте. Часто оставался на ночь, чтобы полнее насладиться любимой женщиной.
«Варечка! Как БОГ хорошо управил, что тебя дал. А, ещё до нашего сближения, я всегда знал, как отлично в тебе сочетаются красота тела и сила ума. И ещё скромность. Мне сам Бенкендорф передавал, что никто и не догадывается о твоей власти».
Государь смотрел на министров и всё чеканил слова. «Господа! Мы живём в ХIХ веке. И Россия должна быть государством № 1 не только в военном деле, но и в образовании и в медицине. И в количестве городов, портов и крепостей.
Мы должны не только следить за настроением умов, но и делать более удобной всю российскую жизнь. Иначе, мы для всех будем варварами, где бегают медведи, пьют водку и в кафтанах ходят круглый год.
А мы европейская нация – про это император наш Пётр Великий сказал на века. Дерзайте дела!».
Император Николай I всё слушал доклад шефа тайной полиции Бенкендорфа. Тот держал свою знаменитую синию папку, где был тайный список дам, долги которые должны быть погашены за счёт казны.
«Ваше Величество! Долгов после Пушкина выявлено 120 тысяч серебром. Его вдова обращается о помощи и устройстве детей».
Государь еле улыбнулся. «Милая Натали! В 24 года, при 4-х детях, и уже стала вдовой. Ужасно! Все её проблемы решим. Согласен, Александр Христофорович. Добро!». Генерал Бенкендорф поклонился.
