Никто, и я, прежде всего, не может сказать, что у меня – легкая жизнь. Что так называемые лучшие годы прошли как-то особенно ярко или очень удачно. Точнее всего будет, если годы своей юности я назову бессознательными. Жизнь протекала сама по себе, на автопилоте. Бывало всякое, и откровенно неприятные события, и даже трагические. Но в итоге, даже самые сильные драмы становятся достоянием нашего личного архива. А причина, по которой память выискивает какую-либо подробность из прошлого, нам неизвестна. Может быть, нам в назидание. Может быть, в утешение. А может быть, просто июньским солнечным утром, хочется думать только о приятном, проснувшись в доме у родителей и зная, что не нужно никуда спешить. И я вспоминаю, как двадцать с лишним лет назад, таким же июньским утром, за мной зашла моя подруга, худенькая и спортивная девочка с короткой стрижкой, чтобы вместе пойти купаться. Я обожаю воду и так было всегда. Как и в это утро, тогда я долго спала и не услышала звонка в дверь. Открыла моя бабушка, которая прожила после этого еще лет 13.
Мы пешком шли через лес пару километров, и потом еще гуляли по пляжу, выбирали место получше, там, где людей поменьше, песок почище, а вода поглубже. Мы проводили на пляже чуть не весь день, бесстрашно переплывая озеро, валяясь на песке, играя в бадминтон, читая книжки и поедая бутерброды. С нынешней псевдо-зацикленностью на псевдо-безопасности детей это сложно представить, какая свобода была у нас. Никаких сотовых телефонов. Никаких камер на улице. Родители уходили утром на работу и у тебя было три месяца полной свободы. Лето проходило по-разному, и подруги у меня были на лето разные. Как-то я сдружилась с девочкой этажом ниже, она была очень красивая, высокая, с золотыми кудрями, старше меня на два года. Мы вместе ездили к ней и ко мне на дачу, собирали клубнику, приезжали домой и ели клубнику с сахаром и сметаной. А ещё она научила меня клеить красивые бумажные корабли. Некоторые мы раскрашивали, делая паруса алыми, некоторые оставляли белоснежными. Когда же мы клеили корабли, на столе в вазе стояли и благоухали разноцветные пионы, собранные нами.
Не всегда можно было кого-то застать во дворе. Или мне хотелось помолчать, хотелось какой-то таинственности. Я уходила со своей собакой Тёткой, очень похожей на чёрную колли (но это была просто красивая дворняга) на небольшой островок с лесочком. Это было странное место, там было много каких-то овального вида холмиков, очень похожих на могилки. Туда никто не приходил, и мы просто сидели там вдвоём в самодельном шалаше из веток. Или я читала, а Тетка рыла огромные песочные ямы…
Средний брат был старше меня на 13 лет, и у него была своя квартира, когда я была еще подростком. Он женился после 30, до этого мы были чрезвычайно близки, я считала его своим лучшим другом и практически каждые выходные ходила к нему в гости. Это тоже было невероятно круто, мы слушали рок-музыку на максимальной громкости и столько, сколько хотелось. Наша мама не переносила любую музыку, в принципе, а ту, что нравилась нам, в особенности. На ужин мы жарили курицу с картошкой, а утром делали гренки с клубничным вареньем. По утрам же мы, хорошенько выспавшись, смотрели телевизор, (тогда его еще можно было смотреть). Юмористические передачи были смешные, а королевой тенниса была королевой малышка Мартина Хингис, само очарование…
Словом, воспоминания, как бесконечные платки из шляпы фокусника, появлялись одно за другим. И на них ложились впечатления этого лета. По сути, что такое личность? Это сумма воспоминаний и нынешних впечатлений человека.
Лето – это маленькая жизнь. И лучшие воспоминания этого лета – это лучшие воспоминания моей жизни.