Москва ждет от Киева принятия требований России и осознания ситуации де-факто, реальной ситуации, которая существует. Про это заявил пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков.
Но как же именно выглядит эта «ситуация-де-факто»? С точки зрения новых властей территорий, над которыми Киев утратил контроль так: «Для Украины навсегда потеряно Азовское море. Украинскими никогда не будут порты в запорожской и херсонской областях. «Уверен, что после воссоединения наших регионов с Россией, Азовское море снова, как и раньше станет внутренним морем России» - сказал член главного совета военно-гражданской администрации Запорожья Владимир Роков.
Его слова подкреплены таким «убедительным аргументом», как победа российских войск на поле боя». Но вопрос в том, согласится ли когда-то официальный Киев признать-де-юре ситуацию, которая уже де-факто существует?
По мнению обозревателя Михаила Ростовского, такие жонглирования юридическими и дипломатическими профессиональными жаргонизмами может показаться бессмысленным фантазерством в тот момент, когда СВО России на Украине еще далека от своего завершения.
Все определит дальнейший исход схватки на поле боя. Как говорится в романе Булгакова6 «Факт – самая упрямая вещь». Но оторванная от реальности дискуссия о «де-факто или де-юре» в реальности же имеет очень важное прикладное значение. Два недавних заявления оппонентов российской СВО. Выступая на всемирном экономическом форуме в Давосе канцлер германии Олаф Шольц заявил6 «не будет навязанного мира. Украина этого не примет – и мы тоже».
А советник Зеленского Михаил Подоляка отвергая призывы экс-госсекретаря Генри Киссинджера и итальянской дипломатии к территориальным уступкам со стороны Киева заявил, что «сегодня определенные политические силы нам предлагают новую повестку: прекращение огня, замороженный конфликт и сдача части территорий ради мира». «Чего только не предложишь рад возобновления экономических связей с Россией» - добавил советник украиснкого президента.
Эксперт считает, что не стоит обращать внимание на категоричное заявление Шольца, ведь он совсем недавно так же категорично говорил, что не будет платить за российский газ в рублях. А 98-летний Генри Киссинджер вряд-ли стал жертвой привычки надолго зависать в соцсети.
Но в некотором плане к таким заявлениям следует относится очень серьезно. Специалист признает, что не очень понимает, что должно случится, чтобы Запад и Киев признали –де-юре выход Запорожья и других подобных территорий из состава Украины, а также их включение в состав России.
Что касается Крыма и ЛДНР, Киев уже много лет к этим территориям относится как к «отрезанным территориям». Но готовы ли киевские власти официально признавать, что «отрезанные территории не вернешь»?
И в прикладном отношении это означает, по нению Ростовского, что Москве нужно быть готовой к следующему: новые фактические границы России на украинском направлении не будут юридически признанными ни Киевом, ни Западом.
С другой стороны это никакая не новость. Но многие до сих пор не осознают того факта, что СВО России на Украине может завершиться либо всеобъемлющим договором, либо же просто соглашением о прекращении огня. Ростовский отмечает, что учитывая легкомыслие Киева к прежним договорам с участием России может показаться, что различие между этими двумя вариантами окончания конфликта носит только академический характер.
Разница меду мирным договором и прекращением огня в том, что в первом случае в конфликте ставится точка, а в другом, то ли запятая, то ли многоточие. Договор можно нарушить, но сложно, а соглашение о прекращении огня нарушается на раз-два-три.
Эксперт предполагает, что в Москве сделают ставку на то, что Киеву будет категорически не выгодно его нарушать исходя из соглашений собственной безопасности. Но для России было бы выгодно завершить СВО подписанием некого договора.
Если Конфликт на Украине будет прерван подписанием соглашения о прекращении огня его ни как нельзя будет считать завершенным. А России и Украине нужно все решить раз и на всегда. Закрыть его пусть плохо или неудовлетворительно, но все равно закрыть – заключил эксперт.