… Кирилл сам приказал себе быть сдержанным при любых
обстоятельствах, и держит слово.
И никто не догадывается, чего это Кириллу стоит.
Но он уже миновал стадию ярости и отчаяния, которые
не помогли, а только усугубили его ситуацию.
Когда Кирилл не прошел по конкурсу в университет
на бюджет, он пошел в военкомат и попросился в армию.
На всякий случай сказал, что хотел бы служить в автороте.
И вот, оказывается, и так бывает: Кирилл действительно
служил в автороте.
И на своем видавшем виде «Урале» столько сибирских
дорог исколесил, что на гражданке не всякий дальнобойщик
может с ним сравниться.
Поэтому, демобилизовавшись, пошел в один, второй автопарк,
но то вакансий не было, то машины свободной.
И как-то увидел объявление, что в городское коммунальное
хозяйство требуются водители мусоровозов.
Обещали неплохую зарплату.
Кирилл, читая объявление, хмыкнул: другими словами,
требовались мусорщики.
Но работа была очень нужна.
Он, когда вернулся из армии, и подумать не мог, что с
мамой беда.
Она ему писала бодрые письма.
Правда, когда удавалось дозвониться, голос у мамы
был слабый.
Или тихий.
Но мама это объясняла плохой связью.
А на самом деле, она уже болела.
И знала, что у нее онкология.
А он понимал, какая это коварная и безжалостная
болезнь.
Это она отняла у него отца, а у мамы мужа.
Кирилл хорошо помнит, как мама боролась за папу.
Она стучала во все двери.
Она постоянно говорила, что самая страшная болезнь
еще не приговор, если против нее врач, сам больной и
те, кому он дорог.
Папа отвечал, что она права.
И это его, и только его вина, что так долго не обращал
внимания на то, как плохо себя чувствует.
Думал, все пройдет.
Он сам виноват.
Но бороться все равно будет.
А мама уже знала, что эту битву он и она с ним проиграют
– было действительно поздно.
Вот этого больше всего и боялся Кирилл.
Но мама показывала ему свою карточку, последние
анализы, и убеждала, что у нее начальная стадия.
И она лечится.
Перед тем, как выйти на работу, Кирилл сам пошел
в онкодиспансер, нашел врача, который вел маму.
И тот подтвердил, что шансов одолеть рак у мамы достаточно.
Только лечение должно быть интенсивным.
И, скорее всего, не здесь, не в этом диспансере.
И стоит оно дорого.
Но тогда можно надеяться на положительный результат.
Вот тогда, выйдя из онкодиспансера, Кирилл и дал волю своим
эмоциям.
Он изо всей силы пнул ногой урну, которая и не думала
мешать ему – урна стояла в стороне.
Но очень надо было пнуть хоть что-то.
Потом наорал на мужика, спросившего, как пройти
в больницу.
А завершил отборной руганью в адрес велосипедиста,
аккуратно объехавшего Кирилла по тротуару.
Не сразу, но опомнился.
Остановился посередине дороги.
Отдышался.
И дал слово больше не срываться ни на кого.
Сам себе не верил, что сдержит слово.
Но стал следить за собой.
Вспомнил, как учила мама: сосчитай хотя бы до пяти,
прежде чем выпалить что-то сгоряча.
И он считал.
Сначала чуть ли не по десятку раз каждый день.
Потом стал заранее тормозить.
И пришло, правда с трудом, спокойствие.
И началось сражение за маму.
Она была на больничном, но срок бюллетеня стремительно
заканчивался.
Если пойдет речь о группе инвалидности, мама точно
опустит руки.
Значит, надо максимально поддерживать ее, обзавестись
самыми эффективными лекарствами.
Другими словами, Кириллу необходима работа.
Он уже сказал маме, что устроился.
Только не решался признаться кем.
Ограничился местом работы и тем, что будет водителем
грузовика.
Но сразу успокоил маму: командировок не предвидится.
А от нее добился слова, что мама будет выполнять
все назначения и обязательно правильно, как рекомендует
врач, питаться.
Мама, смахнув украдкой слезы, обещала.
Так Кирилл и стал мусорщиком.
Тут главное было соблюдать график вывоза мусора из
закрепленного за Кириллом микрорайона.
Был закреплен не только микрорайон, но была расписана
и последовательность опустошения урн.
По сравнению с армейскими ходками на вездеходе пустяк.
Но с одной неприятной деталью.
Междворовые дороги не только давно не ремонтировались,
но и были узкими.
А машин во дворах становилось все больше.
Их владельцы умудрялись парковаться в самых недоступных
местах.
Их можно было понять: стоянки далеко, да и дорого.
А утром надо на работу.
И когда Кирилл на своем огромном мусоровозе забирал
отходы, легковые машины не могли проехать.
Такое происходило зимой трижды в неделю, а летом
чаще - пять раз.
И практически все владельцы ....