Каждый Зверь, когда-то был человеком...

Снова ночь, снова мысленный перебор полученного опыта, тотальное погружение в глубины самоанализа, и попытки взглянуть на сложившуюся ситацию, глазами твоего опыта. Только оказашись в кромешной тьме один, на один с другим собой, более искренним, более живым и от этого сильным, я поняла от каких острых граней, этот самый другой я, осознанно хотел меня уберечь. Когда бредешь по темной тропе в ночи, ты думаешь, что куда-то идешь, знаешь, что все тропы куда-нибудь да и приведут. Но ты, никогда не знаешь, что у тебя под ногами, ровная тропа, или бесконечная глубина, или вообще битое стекло, или раскалённые угли, или черт его знает, что ещё. Тьма, то кромешная и не увидишь. Ведь ты привык так идти, совершенно не думая, о том, что под ногами. Зверь приспособился идти по битому стеклу, и ем у это не мешало и не тревожило, он просто куда-то шёл, хотя помнил, что когда он, только начинал идти по своей тропе, она была ровной, да, и он сам, был человеком. Был, а не играл в человека. Но это было, так давно, что иногда думалось, что это всё происходило не с ним. Куда-то не туда свернул с прямого пути, человек, заметил, что под ногами, что-то изменилось, но приспособился. А потом привык. Незаметно для самого себя, сменил свои черты и повадки на Зверинные. Приспособился. Стал Зверем, со своими законами и своей тропой, устланной битым стеклом, в кромешной тьме, и думал что это всё и есть его истинная тропа. Какой ужас он испытал, когда пришел в его тьму вошел свет внутреннего солнца, другой, такой же как и он сам, более сильной особи. И вглядевшись в зеркало самого себя, понял, где свернул, не туда, и то есть еще шанс найти свою ровную тропу. Если, только он, не захочет, обрушить несущие конструкции своих убеждений, навеки похоронив себя по этим завалом. Если, не захочет.