Не избежали опасностей, происходящих от построения национальной церкви и древние общины Индии – так называемые христиане св. Фомы. Был ли этот апостол в Индии, правы ли они, относя появление христианства в стране тысяч богов, веры в реинкарнацию и почитания коровы, к проповеди сомневающегося ученика Христа, – вопрос спорный. В IV столетии, во времена императора Константина Великого и Первого Вселенского Собора, по свидетельству византийского миссионера Теофила, христианские общины в Индии уже существовали.
Однако, несомненно, что большое влияние на них в этой стране оказали несториане. Когда на Третьем Вселенском Соборе была осужден ересь Нестория, то многие ее приверженцы бежали в Персию. Отношения Персидской державы с Восточной Римской империей постоянно колебались от военных действий до вынужденного мира с подковерной борьбой в вассальных царствах, то есть тем, что в XX веке назвали «холодной войной». Местные христиане приняли несториан, ведь отношение персидского правительства к ним заметно улучшилось. Теперь христиане, в глазах персидских правителей были не потенциальной «пятой колонной», а врагом их собственного врага. А таковой обычно становится твоим другом. Несторианская ересь взяла верх в Персии и в Индии и ни о каких протестах, борьбе за чистоту веры неизвестно.
Вероучительные тонкости мало волновали христиан св. Фомы. Они замкнулись в скорлупе своей общины, пока португальцы в XVII веке не подчинили себе христианские сообщества Индии. Персидская церковь не могла и не особо желала мешать этому. Она сама была слабой и, вообще, мало внимания уделяла индийской пастве. Так, в 650-660 годах, к примеру, митрополит Равардширский не назначал в Индию епископов, вероятно, не желая заниматься делами этой глухомани. В XVIстолетии были случаи, когда персидские несторианские иерархи самовольно бросали епархии, и уезжали обратно в Персию.
Однако значительная часть христиан св. Фомы, недовольная португальским колониальным господством, ушла в раскол. Им понадобились епископы. Они знали, что архиереи приезжали с запада, но имели весьма смутное представление откуда. И отправили эмиссаров туда. Только нашли они там благосклонный прием и желание сотрудничать не у несториан, а у яковитов, то есть монофизитов. Особо никого не смутило, что они перешли в противоположную ересь, став вместо сторонников возвеличивания человеческого во Христе, отрицателями Его человеческого начала. Если провести аналогию с политикой, то из анархистов перекрасились в монархистов. Смену вероучения подавляющее большинство просто не заметило.
Приверженность «вере отцов» оказалась важнее, чем сама сущность учения Христа. На это указывает и существование обычаев, несовместимых с Новым Заветом. Христиане Святого Фомы приняли кастовую систему. Слова апостола Павла о том, что «…нет ни Еллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, Скифа, раба, свободного, но все и во всем Христос» (Кол. 3:11) для них не оказались большим авторитетом, чем традиция и пример предков. Повеление проповедовать веру тоже. А вот для мусульман Индостана не было кастовых перегородок. Они считали и считают братьями всех единоверцев. Этим они многих привлекли. Клиру и прихожанам старых индийских деноминаций гораздо интереснее было беречь и лелеять традиции. И что они получили в результате? Церковь? Нет, клуб по интересам. Хор народной песни при Доме культуры.
Заповедь «Не сотвори себе кумира…» актуальна до сих пор. Она запрещает не только моления у идола Кришны или Перуна. Кумиром может стать что угодно, даже церковь и национальность. Попытки построить свою «правильную» национальную церковь разрушают Церковь Христову. «Всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет; и всякий город или дом, разделившийся сам в себе, не устоит» (Мф. 12:25) Строящим национальные церкви нужно честно сказать хотя бы самим себе, что создаваемое ими - это не христианство, а другая религия.
Начало очерка здесь
Автор: Газета «Танкоград», г. Челябинск, главный редактор Сергей Алабжин
Книга "Купола Кремля" здесь