1957 год был для Ингмара Бергмана урожайным. Весной вышла «Седьмая печать», и едва ли не сразу после премьеры режиссер отправился на площадку «Поляны». Параллельно он работал в театре, выпустив за тот год несколько крупных постановок.
И, как и многие бергмановские шедевры, фильм родился на больничной койке. Лежавший с психосоматическим расстройством 39-летний режиссер размышлял о своих отношениях с отцом и придумал сюжет, в котором становился на его место. В процессе написания Бергман понял, что пишет не о папе, а о себе самом, и концепция претерпела некоторые изменения.
Но куда интереснее заниматься не психоанализом Бергмана, а вспомнить второго автора этого фильма — Виктора Шёстрёма, классика и основоположника шведской кинематографии, автора шедевра «Возница» (1921), напрямую повлиявшего как лично на Бергмана, так и на все мировое кино (от «Этой маленькой жизни» до «Клик: С пультом по жизни»). Фильм про пьяницу (его играл сам Шёстрём), встретившего в новогоднюю ночь Смерть и увидевшего всю свою жизнь со стороны. То было роуд-муви с путешествием по коридорам памяти и закоулкам души. Во многом схожий маршрут повторит и Бергман в «Земляничной поляне», взяв уже сильно пожилого Шёстрёма на главную роль.
После успеха «Возницы» Шёстрём пробовал себя в Голливуде, снял несколько значимых для того времени картин и вернулся на родину, впоследствии став почетным консультантом на главной киностудии Швеции Svensk Filmindustri, где он и познакомился с молодым Бергманом и учил его уму-разуму и азам режиссерской профессии. В благодарность Бергман снял его в своей картине 1950-го года «К радости», а семь лет спустя позвал попробоваться на главную роль в «Земляничную поляну» (впрочем, эта идея сначала пришла в голову не Бергману, а одному из студийных чиновников).
И вот что Бергман писал об итогах работы: «Шёстрём вырвал у меня из рук текст, сделал его своим, вложил свой опыт: собственные муки, мизантропию, отчужденность, жестокость, печаль, страх, одиночество, холод, тепло, суровость, скуку [...] „Земляничная поляна“ перестала быть моей картиной — она принадлежала Виктору Шёстрёму».
Два года спустя Шёстрёма не стало. «Земляничная поляна» стала его последней работой в кино и своего рода завещанием.
Больше о кино в нашем телеграмм-канале: