1. Эволюция публичности сексуальных отношений в СССР и новой России хорошо иллюстрируется любовными сценами в кинематографе. А за кинематографом, насмотревшись, подтягивалось и население. (1) Сперва любовь была неестественной. Лёгкий поцелуй в губы составлял предел выражаемых симпатий. Прикосновение к телу было или объятиями или прикосновением ни в коем случае не ниже талии женщины. Выказывать сексуальное возбуждение считалось крайне неприличным. Об активном выражении женщиной симпатий к мужчине не могло быть и речи, не говоря уже о наглядных, кинематографически точно выстроенных, сценах в кинокартинах. (2) С горбачёвской перестройкой, ускорением, гласностью, с «больше социализма», а особенно с наступлением ельцинских «святых девяностых» верхние пуговицы одежды стали стремительно расстёгиваться, даже штаны стали прилюдно сниматься, а поток наготы начал захлёстывать страну. Любовь стала естественной, даже слишком естественной, потеряв всякий стыд. И это активно полезло в кинематограф.