Галя медленно бродит среди маняще-привлекательных пыльных стеллажей. Книги она выбирает как еду на день: на завтрак у нас будет Сартр, на обед подойдёт Камю, а на ужин…пожалуй, Зигмунд Фрейд. А что? Надо же что-то на десерт! 🍰
В сумочке заботливо припасены мезим и нурофен: всё-таки всякое может быть. Антидепрессанты уныло лежат в яркой таблетнице с динозавриками — в жизни всегда есть место для иронии. Галя оглядывается по сторонам. Вроде, никого. Устало потягивается и привычным движением массирует шею. Вчера осталась у подруги, и сон на чужой кровати даёт о себе знать.
«Нет.. Больше никаких экспериментов» — решает она. В голове постоянно крутится мысль о неразделанной курице. Лежит ли она одиноко на кухонном гарнитуре, оттаивая от своих уже совсем неважных переживаний? Или прижимается к стенке в тесной морозилке?
Впрочем, неважно. Главное не забыть купить капсулы для стирки и таблетки против запаха в холодильнике. И что-то там ещё…Галя открывает заметки в телефоне и смотрит на свой отчаянно серьёзный список покупок. Как же хочется сказать, что взрослых нет дома. Не открывать дверь всем этим потным и хамоватым газовщикам, которые даже не надевают бахилы, когда приходят.
Галя берёт с полки томик Сартра и идёт к кассе. По крайней мере, не придётся делать вид, что она любит людей. Миловидная девушка с колечком в носу пикает сканером. Галя машинально достаёт карточку, как вдруг слышит неожиданное: «Девушка, а вам восемнадцать есть?». Щёки начинают краснеть от возмущения. Что, что такого она может прочитать в этой книге? Что всё тлен? Что жизнь — боль? Люди в двадцать восемь годиков это и так знают.
Паспорт предательски остался дома. Галя пытается вспомнить про кредит, ипотеку и таблетки для холодильника. Её лицо приобретает задумчиво-пессимистичное выражение. Кажется, даже мешки под глазами стали ярче.
«Хотя… Если вы такое читаете, то вам наверняка есть восемнадцать» — поспешно говорит девушка. Галя выходит из магазина, прижимая томик Сартра к сердцу. Сегодня она купит машинку для удаления катышков.