Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

На черт, мне нужна пустая жена. Когда я здоровый мужик?

Письмо Евдокии.  Сына я воспитывала практически одна. Муж, что был, что его не было, разницы ни какой. А когда Толику было тринадцать лет, его вообще не стало. Всё это проклятая водка.  Я справилась со всем сама. И сына выучила, и дом до ума довела.  Толя, после института ушёл в армию, а вернулся со своей невестой Аней. Аня была сиротой, мать её умерла при родах, отца не было совсем. Поэтому воспитанием девочки занималась её бабушка, да и той уже нет в живых.  Мне Аня понравилась. По хозяйству справлялась на раз-два. По дому делала всё, меня иногда даже не подпускала помочь. С Толей ладили. Единственное что омрачало, то что бог деток им всё не давал. Но спустя пять лет, Аня, всё же забеременела и сразу двумя. Беременность ей давалось очень тяжело. Да оно и понятно было, сама худенькая, в чём только дух держался. Постоянный токсикоз измотал Аню изрядно. В восемь месяцев у неё начались схватки. Было понятно, что не к добру.  Роды были очень тяжёлые. Родились две девочки, одна сразу умерл

Письмо Евдокии. 

Сына я воспитывала практически одна. Муж, что был, что его не было, разницы ни какой. А когда Толику было тринадцать лет, его вообще не стало. Всё это проклятая водка. 

Я справилась со всем сама. И сына выучила, и дом до ума довела. 

Толя, после института ушёл в армию, а вернулся со своей невестой Аней. Аня была сиротой, мать её умерла при родах, отца не было совсем. Поэтому воспитанием девочки занималась её бабушка, да и той уже нет в живых. 

Мне Аня понравилась. По хозяйству справлялась на раз-два. По дому делала всё, меня иногда даже не подпускала помочь. С Толей ладили. Единственное что омрачало, то что бог деток им всё не давал. Но спустя пять лет, Аня, всё же забеременела и сразу двумя. Беременность ей давалось очень тяжело. Да оно и понятно было, сама худенькая, в чём только дух держался. Постоянный токсикоз измотал Аню изрядно. В восемь месяцев у неё начались схватки. Было понятно, что не к добру. 

Роды были очень тяжёлые. Родились две девочки, одна сразу умерла, вторую удалось спасти. А Ане, всё женское вырезали, но зато спасли. 

Так что забота о внучке и Ане легла на меня. А Толик стал выпивать, пропадать из дома. На Аню было жалко смотреть. Сама чуть живая, а ещё этот оболтус нервы трепет. 

Было мне очень тяжело, но я подняла и Аню, и внучку. А вот сына остановить не получалось. Я его и ругала, и колотила, да только всё зря. Он как пил, так и продолжал пить. Стал руки распускать, меня не трогал, а вот Ане доставалось. 

В очередной раз когда Толик её избил, она подошла ко мне и сказала: «Мама, вы простите меня, но я так больше не могу. Он же меня убьёт когда-нибудь. Я дочку сиротой не хочу оставлять. Уедем мы с ней.»

Картинка из интернета
Картинка из интернета

Да и я всё это понимала. Поэтому посадила их на поезд и отправила к своей двоюродной сестре. Та жила в городе, квартиру свою сдавала. А какая разница кому ей её сдавать. Первое время за квартиру платила я, а когда Ане удалось устроиться на работу и определить дочку в сад, она начала справляться самостоятельно. 

Сына удалось за кодировать. Пить он перестал, а когда спросила его, может он попросит прощение у Ани и будут жить вместе, сказал: «На черт, мне нужна пустая жена. Когда я здоровый мужик? Я еще хочу пожить, сына хочу, а она что может мне дать? Больше, мать, не заводи такой разговор.»

С Аней я продолжала общаться, ездила к ней в гости. Очень сильно скучала и по внучке, и по Ане. 

А Толик снова женился, с новой его женой у меня отношения не сложились совсем. Дома скандалы постоянные. Аня уговаривает меня переехать к ней. А я из своего дома уезжать не хочу. Здесь каждый уголок мой. Выгнать сына с новой женой, тоже не могу. Им идти некуда, а невестка беременная. И жить больше так не могу и делать, что не знаю.