Со всеми предосторожностями привели Булку со скованными голенями и кистями и усадили напротив клеток с пойманными имитаторами, а стреноженный здоровяк так и впился глазами в пленников, будто бы и не заметив, как его цепь приматывают к заботливо поставленному рядом бетонному блоку с приваренными сбоку кольцами. Он скользнул убийственным взглядом по Роме, отцу семейства, и вперил неподвижные зрачки в Катю, дрожащими руками оторвавшую от груди завёрнутого в тряпьё младенца и положившую его возле себя, а после опустившуюся на колени, чтобы быть на одном уровне с Булкой.
Бросалось в глаза, что с Булкой обращались хорошо — никаких следов принуждения нельзя было обнаружить и выглядел он вполне ухоженно, насколько это вообще возможно в палатке, разбитой посреди разрушенной много лет назад столицы, а подбородок был чисто выбрит и от него разило тем же резковатым мужским лосьоном «с морской ноткой», что и от охранников и даже от нервного франтоватого адъютанта.
Зина усмехнулась — в каком-то извращённом смысле случившееся уравняло всех их, заставляя довольствоваться редкими случайными находками или старыми запасами, которые неминуемо приходили к концу. Впрочем, выходило так, что у неведомых и наверняка уже сгинувших снабженцев бывшей секретной базы, на которой годами отсиживались нынешние «спасители человечества», был солидный склад при полном отсутствии воображения в плане ассортимента.
Кто играет в человечков? (начало, назад)
Булка сузил глаза, ожидая малейшего признака, что Катя проронит хоть слово, а потом неторопливо привстал, демонстративно проверяя, насколько далеко тянется его собственная цепь. Оказалось, что если как следует размотать все звенья, то он мог бы вплотную приблизиться к Катиной клетке, и адъютант зашипел на охранников, требуя переставить клетки как-нибудь так, чтобы соблюсти все требования безопасности и не потерять драгоценных носителей П-107 из-за коварного нападения свихнувшегося имитатора.
Булка свысока смотрел на всю эту суету и вдруг вопросительно уставился на Батю, как бы спрашивая разрешения на нечто, известное только им двоим. Батя отчётливо кивнул, пряча улыбку, и приказал охране оставаться на местах, а свидетели замерли от предвкушения скорой и бурной развязки.
Булка развязно шагнул к Кате, прижавшей лицо к тонким пальцам, обвивавшим железные прутья, и выпустил из ладоней предельно натянувшуюся цепь, жалобно лязгнувшую в сантиметрах от Зины.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
— Чего ты добиваешься? — гневно осведомилась Катя, ни капли не робея от такой близости Булки и лишь сильнее, до белых костяшек, сжимая пальцы. — К чему всё это? Так и будешь гоняться за мной? У меня ведь ребёнок, Булка.
— Катя, — хрипло выдохнул Булка, опасаясь даже моргнуть и жадно обшаривая каждую чёрточку её измученного лица, — прости, что я тогда бросил тебя. Я думал, нам конец. Всем нам. Если бы я знал…
— Я была уверена, что тебя растерзали на клочки, — притворно равнодушно откликнулась Катя и вжалась лбом в перегородку, — а ты выжил.
— Прости, Кать, прости. Я чудом нашёл, куда спрятаться от псов, но тебя я бы никак не успел спасти, ты ведь понимаешь? Если бы я мог остановить всё это… Чёрт, да можно же было самому сгонять за твоими вещами, знаешь, сколько раз я прокручивал в голове ту вылазку в старый дом. Нельзя было позволять тебе идти. Этот… — Булка даже не дёрнулся, чтобы показать, кого он имеет ввиду, — конечно, ждал тебя там. Конечно. Кто бы мог подумать?
— И что теперь? Это больше не имеет значения, Булка. Зачем теперь ты уничтожаешь всю мою семью? Помог этим… Мстишь за свою трусость? Считай, я простила тебя. Чего ещё тебе надо, а?
— Разве не ясно? Я хотел вернуть тебя. Всегда хотел.
Катя взорвалась отчаянным смехом.
— Вернуть?! Как ты это себе представляешь?! Я же больше не человек, Булка. Ты же не настолько глуп.
Булка отшатнулся от этих слов, а потом рванулся, чуть не разорвав звякнувшую цепь, и впечатал свои губы в плотно сомкнутые от презрительной мины Катины. Ромка выругался, но охрана покосилась на Батю и не стала прерывать неожиданно ускоренный процесс передачи П-107 от человека к имитатору. Катя возмущённо оторвалась от Булки и плюхнулась на пол клетки, но пауза всё-таки была. Крошечная, но очевидная.
Она вытерла рот надорванным краем куртки и сплюнула, а потом вдруг сипло втянула воздух и неестественно замерла, точно ток живительного кислорода в лёгкие разом перекрыли.