Самый известный классик, бывший и врачом, и писателем, - Антон Павлович Чехов. Писатель и драматург постоянно разрывался между литературой и медициной. Он даже звал их «любовница» и «жена» поначалу в письмах. Когда писал, скучал по «жене». Когда занимался медицинской практикой в качестве земского врача, рассказывал, как ему не хватает литературы, и жаловался, что времени на неё совсем не остаётся.
«Доктор А. П. Чехов» (такая табличка висела на дверях квартиры писателя), лечил приходящих к нему больных, посещал самых тяжёлых на дому. «Медицина у меня шагает понемногу. Лечу и лечу. Каждый день приходится тратить на извозчика более рубля. Знакомых у меня очень много, а стало быть, немало и больных. Половину приходится лечить даром, другая же половина платит мне пяти- и трехрублёвки», - писал Чехов в 1885 года брату.
От постоянный работы врача он отказался, предпочтя «жене», «любовницу», и тут же назвал себя «свиньёй» по этому поводу. Но замещал врача по время отпуска. В 1887 году он убрал из вывески слово «Доктор». Но приватное лечение знакомых писатель не оставлял до отъезда в Ялту в 1897 году. И скучал по профессии, но с присущей ему иронией: «Мечтаю о гнойниках, отёках, фонарях, поносах, соринках в глазу и о прочей благодати. Летом обыкновенно полдня́ принимаю расслабленных, а моя сестра ассистирует мне, — это работа весёлая».
Метания, между тем, так и продолжались до самой Ялты и во время эпидемии холеры, во время которой он много работал по специальности доктора: «Ах, как мне надоели больные! Соседнего помещика трахнул нервный удар, и меня таскают к нему на паршивой бричке-трясучке. Больше всего надоели бабы с младенцами и порошки, которые скучно развешивать». «Отвратительные часы и дни, о которых я говорю, бывают только у врачей». «Душа моя утомлена. Скучно. Не принадлежать себе, думать только о поносах, вздрагивать по ночам от собачьего лая и стука в ворота (не за мной ли приехали?), ездить на отвратительных лошадях по неведомым дорогам и читать только про холеру и ждать только холеры и в то же время быть совершенно равнодушным к сей болезни и к тем людям, которым служишь, — это, сударь мой, такая окрошка, от которой не поздоровится». «Нехорошо быть врачом. И страшно, и скучно, и противно. Молодой фабрикант женился, а через неделю зовет меня «непременно сию минуту, пожалуйста»: у него... а у красавицы молодой... Старик фабрикант 75 лет женится и потом жалуется, что у него «ядрышки» болят оттого, что «понатужил себя». Всё это противно, должен я Вам сказать. Девочка с червями в ухе, поносы, рвоты, сифилис — тьфу!! Сладкие звуки и поэзия, где вы?»
И уже отойдя от врачебной практики, Чехов стал писать о медицине куда теплее. Благодаря классику в литературе появился архетип врача-интеллигента - тонкого, чуткого и ранимого человека. Жалуясь в письмах на тяжёлую ношу медика, он всё же призывал врачей к внимательному и терпимому обращению с пациентами. Ведь настоящий доктор должен быть прежде всего настоящим гуманистом и в первую очередь думать об излечении страдающих от любых хворей.