Продолжение. Предыдущая часть - ЗДЕСЬ.
Эпизод третий и четвертый:
В этот год и Андрей Андреевич почувствовал «веяние любви».
...В классе, в который он попал, было много красивых и интересных девчонок, но одна – Сашенька П – сразу же запала ему в душу. И, надо сказать, что не только ему: изящная, миловидная, чем-то напоминающая знаменитую «кавказскую пленницу» Наталью Варлей, да еще тщательно следящая за собой – она и так считалась «Звездой» школьного масштаба, и, на первый взгляд, без труда почувствовала свою власть над этим низкорослым, но каким-то независимым крепышом. Она играла с ним, как кошка с мышкой: то начинала обращать на него внимание, «строить глазки» – и Андрей «таял», то вдруг становилась холодной, недоступной – и он «бесился». Весь восьмой класс они то сближались, то отдалялись, но однажды, в конце учебного года, как-то в клубе "на танцах", он попытался подойти к ней, может быть – слишком близко, но она достаточно грубо оттолкнула его. И если подобное случалось и раньше, то тут она в присутствии других девчонок сказала что-то ехидное по поводу его малого роста…. Андрей – пусть и малорослый, но гордый, резко развернулся и, сжав губы, отошел в сторону. С этого моменту уже он стал Сашеньку игнорировать. Зато она стала безуспешно добиваться его внимания…
…У Андрея были младший брат, первоклассник Юрка, а у Сашеньки зимой внезапно появилась племянница, тоже первоклассница Аня. Вернее, племянница – то была и раньше, но они жили где-то далеко, а тут случилось несчастье: Анина мама – Сашина старшая сестра – погибла, а папа оказался под следствием. Бабушка забрала внучку к себе, и Анечка оказалась в одном классе с Юркой…
…Юрка научился читать еще до школы и первую свою «толстую» книжку прочитал самостоятельно до того, как пошел первый раз в первый класс. Школьная учеба ему давалась легко, без труда, но в классе он считался приезжим, и поэтому ни с кем не сумел подружиться. И когда, вскоре после Новогодних каникул, в класс пришла новенькая – он даже немножко обрадовался тому, что её посадили с ним за одну парту.
Анечка была маленькая, худенькая, некрасивая, с жиденькими волосиками и опухшими глазками и в каком-то стареньком, несвежем платьице.
Класс не принял её, потому что она была тоже «приезжая», да еще и «неуспевающая». А Юрка, по поручению учительницы Валентины Ивановны, стал её «подтягивать». Они оставались после уроков, а иногда Юрка приглашал её к себе домой, и они вместе делали уроки. Потом, когда растаял снег, и наступила весна – они даже несколько раз играли по воскресеньям, а в самом начале лета, как-то успели вдвоем искупаться в мелкой речке. У Анечки не было купальника. В то время как-то не принято было детям стесняться и когда Юрка, еще в родной деревне, ходил в детский садик – а это было чуть более года назад, то там и мальчики и девочки ходили одновременно в один и тот же туалет и замечая, что мальчики отличаются от девочек, а девочки от мальчиков – дети могли просто более внимательно и спокойно рассмотреть эти отличия и никого это не смущало. Но теперь… Анечка была в белых, трикотажных плавках и когда мокрая ткань прильнув к коже стала совсем прозрачной – Юрка ощутил такое смущение, что не стал опускать взор ниже лица, опасаясь увидеть что-то такое, что ему пока видеть у Анечки не в коем случае нельзя.
Если вначале Аня показалась Юрке какой-то невзрачной, некрасивой, то теперь он все чаще и чаще находил и в её внешности, и в голосе, и поведении что-то милое. Юрка заметил, что даже в самые радостные минуты Анечка только грустно улыбалась, но никогда не смеялась, и ему, почему-то, все сильнее и сильнее хотелось услышать её смех…
А еще, в присутствии Ани, Юрка становился каким-то по-особому смелым: он защищал её от гусей, которых панически боялся сам, а однажды даже сумел прогнать здоровенную и злобную собаку, Да и вообще в присутствии этой маленькой, невзрачной девочки он реально был готов совершить многое, доброе и героическое…
... Однажды в июне, когда Андрей Николаевич уже освободился от бригадирства и стал работать выпасным скотником, а Андрей Андреевич вместе Толей «Кузнечиком» активно помогали ему, Аня пришла в гости к Юрке. Надо было отнести обед пастухам, благо, что они пасли свое стадо сравнительно недалеко от дома и Юрка с Анечкой, взяв «узелок» с едой весело побежали на выпаса.
Отдав отцу «припас» Юрка уже хотел бежать назад, но Аня вдруг робко спросила его: «А можно мне с тобой прокатиться на коняшке?» – и умоляюще посмотрела…
…Еще годика в три Юрка с удовольствием катался в седле, но только если папа водил коня в поводу. Позже он научился цепко сидеть за седлом, держась за спину отца или брата, однако самостоятельно до того момента ездил всего лишь однажды, да притом – не совсем удачно.
…Это случилось еще до переезда, весной семьдесят пятого, когда, то ли весь советский народ праздновал Первомай, то ли весь христианский люд праздновал Пасху – короче, снег уже растаял, но трава еще не выросла, совхозный скот по-прежнему был на стойловом содержании, а вся деревня гуляла. Муж старшей сестры, в то время работавший чабаном, попросил Андрея Андреевича сгонять отару овец на водопой и Юрка «увязался» за старшим братом.
В распоряжении Андрея на тот момент был старый, но вполне резвый конь тёмно-коричневой масти по имени Карька. Тогда, возле овечьей кошары, старший брат предложил младшему освоить искусство управления конем. Юрка со страхом и восторгом согласился. Андрей, как настоящий инструктор, объяснил, как следует управляться с поводом, как держаться ногами и посоветовал не хвататься за луку седла, «может только в самом крайнем случае…». Затем он дал братишке прокатиться несколько кругов «со страховкой», т.е. привязав длинную веревку к удилам и только убедившись, что «малОй» вполне освоился в седле - отпустил того в самостоятельное «плавание».
Вначале Юрка ездил шагом, потом «трюхней» (легкой рысцой), а потом даже прокатился «махом», т.е. легким галопом. Старый Карька был послушен и моментально реагировал на каждую команду маленького всадника: если тот тянул повод влево – конь шел влево, если вправо – то и конь тут же поворачивал. Юрка тянул повод на себя – и конь останавливался. Ну а если он хлопал ногами по бокам, встряхивал повод, да еще добавлял звонкое «НННО!» - Карька шел, или бежал, или даже скакал, до того момента, пока опять не натягивался повод…
Восторгу мальчишки не было предела!
Но когда братья стали выгонять отару на водопой, Юрка «закусил удила», т.е. не уступил коня старшему брату, а стал сам подгонять овец. Андрей особо и не противился, но предупредил братишку, что когда овцы будут пить, то можно и Карьку попоить, но вдоволь воды не давать. Он был «опоенный» и поэтому «опоя боится», может «растащить». Однако, пятилетний «джигит», во-первых ничего не понял в этом объяснении, а во-вторых – почти сразу забыл наставление старшего...
... Когда отара спустилась к речной протоке, он тоже съехал на коне в воду и, приговаривая: «Пей, Каренька, пей мой хороший!» поил коня до тех пор, пока тот не выскочил из воды сам. А выскочив – помчался в сторону овечьего загона во весь опор. Пятилетнему мальчишке, ноги которого не доставали до стремян, было почти невозможно удержаться в седле. Он, несколько раз почти вылетал из седла, но все-таки умудрялся каждый раз восстанавливать свое положение, до тех пор, пока конь не добежал до загона. Но когда он стал гасить скорость, соответственно его прыжки стали более жесткими – Юрка почувствовал, что сил удержатся в седле – больше нет...
…В самом начале загона была огромная куча овечьего навоза, скопившаяся за зиму. Совсем недавно, трактором её сгребли к самым воротам, чтобы после праздников вывезти на поля. Но за кучей стояло длинное, сваренное из толстого железа, корыто для корма…
…Может быть, свою роль сыграла элементарная усталость, а может – Юрка проявил страх и малодушие, а может – вполне здравую рассудительность. А может так проявился Промысел Божий, но пятилетний малыш вылетел из седла и полетел вниз головой не на стальное корыто, а в мягкую кучу навоза. Падение было обидным и мерзким, зато – не травмирующим и практически - безболезненным. Позже дома, выяснилось, что навоз ему набился всюду. Даже в носки, не говоря про глаза, рот, нос, уши…Выбравшись с дикими криками из навозной кучи, да еще под издевательский смех старшего брата, Юрка в тот день поклялся, что больше он никогда на конях ездить не будет, и вообще пойдет в армию, возьмет автомат и всех коней на свете перестреляет без всякой жалости!!!
…Теперь же, когда Анечка смотрела на Юрку – он вспомнил и кучу овечьего навоза, и свою страшную клятву, но понял, что тогда – два года назад, был неправ. И спросил отца: «Папа! А можно мне прокатиться на Игреньке? И Аню покатать…»
…Андрей Николаевич переживал, что его младший сын – его любимый «подскрёбышек», равнодушен к коням. Всё-таки любой отец в той или иной мере мечтает, чтобы сын стал продолжателем его дела, но тут даже растерялся от неожиданности. Может, в другой раз, «на холодную голову» он и подумал бы, стОит или нет, неопытному сынишке садиться на молодого коня, но тут как-то просто, уверенно и даже – буднично сказал: «Садись, сынок!» Взнуздал Игреньку, подтянул подпругу седла, подсадил сына и добавил: «Повод держи короче, а ноги – только самые носочки, ссунь в ремни стремян. И опирайся на ноги. Не робей, но и доверяй: конь-то, все-таки, молодой. И, сынок: с Богом!» Последняя фраза вырвалась, как-то само собой: о Боге Николаевич чаще всего вспоминал не так, как следовало бы на самом деле, но было в его жизни несколько таких случаев, что он с благодарностью вспоминал молитвы матери. А уж когда служил в армии, да еще в ВДВ, и за три года двадцать девять раз делал «шаг в бездну» - то силы на этот шаг всегда находил в этом коротком напутствии: «С Богом!» : страх отступал, появлялась уверенность, и, в конце концов, все заканчивалось благополучно. Вот и теперь, получилось, что благословил младшего и тот, как-то подтянулся в седле и поехал. Вначале шагом, а потом – сразу легким галопом. Но не далеко. Отъехал, развернулся, проскакал в другую сторону, подъехал к святящемуся от радости за сына отцу, и, несмотря на то, что сидел на коне высоко – легко спрыгнул на землю, не выпустив повода из рук.
…Игренька, когда на него сел этот маленький человек, чем-то похожий на Того, Его главного Человека, не стал уросить и «выкобениваться». Ему даже было приятно немного пробежаться, чувствуя «воробьиный вес» в седле, но еще он ощутил и какую-то непонятную Силу, которая шла даже не от него и не от людей. Но овеяла его всего, наполнила какой-то особой мудростью и сделала добрее и великодушнее. Еще недавно он вряд ли бы потерпел, что на нем катают какую-то мелюзгу, но тут он ощутил, что этих маленьких людей, которых доверяют ему Люди Большие – он должен беречь…
«Ну а Аню мы прокатим на «длинном поводу», - сказал Николаевич и привязал веревку к уздечке.
…Оказавшись в седле, Аня сначала оробела от высоты и мощи, которой веяло от коня, но когда по её робкой команде Игренька сначала пошел шагом, а потом – легкой рысцой – ей стало так радостно, что Юрка наконец услышал то, чего, оказывается, жаждал услышать несколько месяцев – радостный смех счастливой девочки….
…. А менее, чем через неделю у Сашеньки появится повод прийти к Андрею домой…
В этот день июньский с утра шел мерзкий и нудный дождь, и было всем грустно и уныло. Саша пришла, но Андрей сделал вид, что ей не рад, и тогда она, как бы, между прочим «бросила» Юрке: «Ты тут сидишь, книжки свои читаешь. А там за Анькой её отец приехал, и они сегодня уезжают».
…Юрка бежал через полдеревни, несмотря на непрекращающийся дождь. Он стоял под тополями и ждал, не обращая внимания на потоки воды, льющиеся с неба. А потом он увидел, как из дома вышли две фигурки – суровая, тёмная, кряжистая, мужская, и маленькая, робкая, девчачья, в голубой куртке с капюшоном. И они пошли на «шоссе», даже не заметив, что под тополями стоит мальчишка, и смотрит на них, и радуется только тому, что идет сильный дождь. А значит, никому не видно, что мальчишка плачет, горько и беззвучно, может быть, понимая, а может быть, предчувствуя, что больше они в этой жизни не встретятся, но тот светлый след, что эти два ребенка оставили в сердцах друг друга не угаснет и через десятилетия….
- Дорогие читатели! У меня в запасе остался еще один эпизод пятой главы. И от вас. ваших комментариев и отзывов будет зависит, станет ли этот эпизод окончанием истории, или же мы будем с Игренькой дальше...
Но, в любом случае: завершающий первую часть пятый эпизод опубликован....