В день ядерной катастрофы жители окрестных деревень убирали урожай с полей.
Увидев ядерное зарево, сельчане попрятались по домам, решив, что снова началась война. У многих пошла кровь из ушей и носа, детей рвало кровью, многие умерли через несколько дней.
Соседние деревни были переселены, но деревню Татарская Караболка расселять не стали, более того — разобрали церковь в соседнем зараженном селе и из ее кирпичей соорудили свиноферму. Через полгода все животные в свинарниках умерли. Картофель с полей запретили употреблять в пищу, тогда сельчане сдали урожай на переработку на спиртзавод.
Врачи при явных признаках онкоболезни из года в год ставили сельчанам диагноз «вегетососудистая дистония».
Ликвидаторами аварии сотрудники завода «Маяк» были признаны только после Чернобыля — когда начали возмущаться, что им не назначены те же самые льготы и пенсии, как и работавшим при устранении последствий взрыва под Припятью…
В Татарской Караболке, на которую выпала часть осадков из радиоактивного облака, в наше время на 400 жителей приходится восемь кладбищ и в каждой семье — по одному онкобольному.
Это история всего одной из 21 комнат выставки «Звенящий след» в поселке Сокол.
На одном из Уральских биеннале Алексей Липатников пригласить художников сотворить «что-нибудь интересное» в бывшем общежитии секретной Лаборатории Б. Предложением заинтересовался московский художник Павел Отдельнов.
Тема выставки — советский атомный проект на Урале. Здесь, в Челябинской области до сих пор находятся ЗАТО — закрытые города, созданные по распоряжению Сталина после войны. Их посещение невозможно для обычных граждан России — там до сих пор производят ядерное оружие и плутоний для него, туда пускают только по спецпропускам.
Задолго до страшной чернобыльской катастрофы именно тут случились техногенные аварии, последствия которых были скрыты до времен перестройки. От сброса радиоактивных отходов в реку Теча пострадали сотни жителей близлежащих деревень, а воспоминания о трагедии на заводе «Маяк» в 1057 году мы услышали от дедушки, который находился в эпицентре взрыва и специально приехал на эту выставку.
Как утверждают ученые, сейчас «звенящий след» уже не звенит, и даже шестикилометровую полосу зоны отчуждения, пересекающую трассу Екатеринбург-Челябинск мы пересекали, не увидев на дозиметре превышения нормы по радиации. Однако в деревнях, располагающихся вдоль реки Теча до сих пор рождаются больные онкологией дети.
Выставка вызвала такой фурор на последней биеннале, что ее автором было принято решение сделать ее постоянной — правда не с оригиналами картин, которые портятся зимой, в условиях холода, а с их копиями. На силу впечатления от ее посещения это не влияет.