- Гарри, Гарри, какое мне платье надеть - темное или светлое? - голосом полным тоски вопрошала Меган из примерочной. - Они оба такие стильные!
- Без разницы, но если ты сейчас не поторопишься, то на нас наденут тапочки светлого оттенка, - ворчал бесчувственный Гарри.
- Хорошо! - покладисто согласилась Меган. - Так мне взять на размер больше или на размер меньше?
- А что, точно по размеру нет?
- Нет.
- Тогда бери на вырост. Для разнообразия.
Меган кивнула и скрылась за шторкой. Гарри возвел глаза к светильнику и ковырнул носком ботинка пол. Вся эта суета его порядком раздражала, но выбора не было - их, скрипя зубами и пером, таки пригласили на юбилей к бабушке.
Гарри поначалу не хотел идти, справедливо опасаясь ласкового родственного пенделя стулом, но Меган настаивала - надо идти! Популярность на новой родине изображала дверной коврик, денег за рассказы о том о сем никто не платил, да и намечался острый дефицит сенсаций.
Гарри надеялся, что, стоя на балкончике, сможет перекинуться парой слов с братом (ну не даст же он ему в глаз прилюдно). И, пользуясь благостным расположением бабы Лизы, выпросит у нее небольшой грант на обездоленных детей в своем лице.
Но все пошло не по плану.
Несмотря на то, что они с Меган всех великодушно и прилюдно простили и были полны решимости оставить все в прошлом, их послали подальше. В смысле посадили в угол и обносили салатом оливье в последнюю очередь. Гарри было возмутился такой несправедливости к безвинно обиженным и великодушным, но бабушка сделала покер фейс. Пришлось улыбаться и есть что дают.
На балкон к старушке - послушать торжественный марш и поздравления, их тоже не пустили, оставили рядом с дальней родней. А та еще в бытность Меган молодой невестой делала в ее сторону неприличные намеки о происхождении.
Меган терпела и ласково грозила пальчиком непоседливым дальним правнукам бабы Лизы.
Народ ликовал, махал флажками и с интересом наблюдал за происходящим.
Меган улыбалась и мучительно соображала, как выдать репортерам свое появление за знак привязанности бабы Лизы и своей сверхпопулярности, дабы выбить новые контракты и интервью.
А Гарри смотрел в окошко и понимал - он уже чужой на этом празднике жизни. И надо возвращаться назад, в Калифорнию, к собакам и маме Дории. Тут ему больше не рады.
И придется уезжать.